Источник: РИА "Новости"

Ранее стало известно, что спортсменка в 2018 году трижды пропустила допинг-тесты, и теперь ей грозит дисквалификация на срок до двух лет.

— Давайте по порядку. 5 марта я получила письмо о том, что моя объяснительная по поводу третьего флажка отклонена и у меня есть время до 12 марта на подачу запроса на пересмотр этого решения, — цитирует matchtv.ru Васильеву. — Не апелляции, а запроса на пересмотр, это разные вещи. Я же не в CAS обращаюсь, не в какой-то суд. Я просто имела право отправить запрос в IBU на пересмотр, аргументировав это.

С 5 марта СБР из дела устранился. Все дальше происходило без его участия. Были найдены несостыковки в переписке, в отправке мне уведомлений о записи флажков. Был составлен список этих несостыковок, переведен на английский и послан в IBU. Это и был запрос на пересмотр.

И только 13 марта, когда срок подачи этого запроса уже истек, мне написал врач команды Алексей Лагуточкин с вопросом, как обстоят дела. Я сказала, что отправила письмо в IBU, и получила от него претензию, что не поставила в копию СБР. А зачем мне ставить в копию СБР, если союз самоустранился из моего дела? Если Драчев дает интервью, где говорит, что будут подавать апелляцию, но при этом мне никто ничего не пишет и даже не спрашивает. И уж тем более не вникает в нюансы.

— О каких несостыковках речь?

— О том, что уведомление о получении второго флажка, которое составлено и подписано 17 августа, и я и СБР впервые получили только 20 марта, например.

После моего запроса на пересмотр IBU порылся в своих исходящих письмах и вдруг выяснил, что не отправлял мне уведомление о записи второго флажка. Собственно, до этого я не получала ни одного документа, где бы говорилось, что у меня два флажка. СБР стоял в копии всех отправляемых мне писем и легко может опровергнуть мои слова, если я вру сейчас.

Но я не вру. IBU сам подтвердил это, прислав уведомление, которое должно было быть отправлено 17 августа, лишь 20 марта в 13.39. Копия у СБР.

— СБР мог это раньше выяснить?

— Конечно, мог. Они стоят в копии всех уведомлений спортсмену, причем аж двумя адресами электронной почты. Только кто там будет копаться в законодательстве, нормативных документах и письмах от IBU на английском языке? Врач команды, которого назначили «ответственным за антидопинговую работу»? Наверное, для этого специализированный юрист нужен, как мне кажется.

Читайте также
Не виноватая я!В российском биатлоне опять допинг-скандал. Но уже без допинга

— Однако в запросе на пересмотр с указанием этой ошибки вам отказали?

— Да, и снова это первым прессе «слил» кто-то в СБР. Отказ аргументирован тем, что антидопинговое законодательство не принимает претензии по поводу обработки результатов. То есть задержка в семь месяцев в отправке письма о записи второго флажка не является причиной для пересмотра решения. То, что я не знала никогда, что у меня два флажка, думала, только один — а затем узнала что сразу три, — никого не побеспокоило.

— Что дальше?

— Дальше будут слушания дисциплинарной панели IBU по моему делу. Сейчас я к ним готовлюсь.