Источник: РИА "Новости"

Коронавирус — не главная проблема российского биатлона. В его истории болезни незалеченными остаются недуги и посерьезней. Спасительная таблетка от них еще не найдена, потому в предстоящий сезон российский биатлон вступает с опаской — хроническая болезнь может привести к плачевным последствиям. Летальный исход не грозит, но перспектива оказаться в коме или длительной изоляции вполне реальна.

Но сначала о хорошем. Сезону быть. В борьбе коронавируса и биатлона пока побеждает спорт. Инфекция лишила международный календарь разнообразия, но в целом график гонок остался прежним. Первая пройдет 28 ноября в Контиолахти. В Финляндии Кубок мира задержится до 6 декабря, после чего проследует в австрийский Хохфильцен. Возобновится сезон в новом году гонками в Германии (Оберхоф) и Италии (Антхольц), после чего наступит его кульминация — февральский чемпионат мира в Словении. Как пойдет дальше — никто не знает, для начала надо посмотреть, сработает ли этот план.

На этом хорошее заканчивается

Вероятность того, что все пройдет без срывов, минимальна. В соревнованиях принимает участие больше 40 команд, в каждой собрано не менее 15 человек, в ведущих — в два-три раза больше. Даже несмотря на серьезные меры предосторожности, обезопасить всю эту толпу от коронавируса вряд ли получится. Тем более что идеальными меры защиты не назовешь: некоторые сборные, в том числе и российская, приехали в Финляндию за неделю до старта. Полной изоляции от внешнего мира на этапах Кубка мира не будет, плюс команды ждет перелет в Австрию.

Подхватить заразу — вполне реально. И если ее обнаружат — это приговор всей команде. Печальные примеры из бобслея и горных лыж, где команды целиком отстранялись после положительного теста у двух-трех ее представителей, тому прямое подтверждение.

Причем Международный союз биатлонистов (IBU) на ситуацию особо повлиять не может — последнее слово в этом вопросе за органами здравоохранения сначала Финляндии, после — Австрии. И слабо верится, что они пойдут на уступки.

Пока ситуация выглядит спокойной, но какой она станет в случае ковидных вспышек в нескольких командах, предсказать сложно. Особенно если инфекция проникнет в топовые сборные. Биатлон, конечно, откроет новые имена, но вряд ли такие успехи будут вызывать большой восторг у публики.

Особенно страшно за российскую команду. Хоть минувшим летом в ней и сменилась власть — на место эксцентричному Владимиру Драчеву пришел прагматичный Виктор Майгуров, — национальное раздолбайство, как говорил некогда президент страны, остается реальной угрозой. Это показали и заключительные предсезонные тренировочные сборы, во время которых сразу несколько биатлонистов заразились ковидом. Среди них оказались и те, кому эта беспечность стоила поездки на первые этапы Кубка мира.

Зависимость от независимых

Но даже если все будет хорошо и ковид пролетит мимо российской сборной, ей, как и отмечалось в самом начале, нужно будет побороть и другие, закоренелые, болезни. И тут ситуация куда сложнее. Речь, конечно, о допинговом прошлом, которое никак не оставит российский биатлон в покое.

Опасности следует ожидать сразу с двух сторон. Первая — отчет независимой комиссии IBU под руководством британского юриста Джонатана Тейлора. Того самого Тейлора, что мариновал в нейтральном статусе российских паралимпийцев, что рекомендовал принять жесткие четырехлетние санкции к российскому спорту, что разрабатывал условия восстановления российской легкой атлетики, которые так до сих пор и не выполнены.

Так вот, этот самый Тейлор помогал реформировать и IBU, при котором появился орган по соблюдению добросовестности в биатлоне, разумеется, независимый. Он получил название Biathlon Integrity Unit (BIU).

Ему доверено главное — допинговые разбирательства. Надо ли уточнять, на какую страну сейчас нацелен их взор? Причем этот взор имеет не только географическую, но и историческую направленность. Поскольку в организме российских биатлонистов запрещенных веществ не находили уже лет семь, разбирательства касаются именно того периода.

Вот и всплыли перед началом нового сезона новые старые дела Екатерины Глазыриной, Тимофея Лапшина, Евгения Устюгова. На них уже давно можно было бы закрыть глаза, тем более что Глазырина свое наказание уже отбыла, однако эти дела имеют политический подтекст.

Они призваны оправдать зачистку, что произошла в IBU более двух лет назад, когда со скандалом был изгнан основатель организации Андерс Бессеберг. Норвежцу тогда приписывали причастность к коррупционным схемам, направленным на сокрытие положительных допинг-проб российских спортсменов.

Правоохранительные органы Норвегии и Австрии подтверждения этим обвинениям не нашли, даже независимая комиссия Тейлора признала, что IBU не передавал данные для сокрытия нарушений. Но сам факт сокрытия российской стороной положительных допинг-проб Тейлор непременно докажет. Он на это уже намекнул, презентуя свой промежуточный доклад на ноябрьском конгрессе IBU.

Без флага — без чемпиона

Его финальная версия выйдет в декабре, во время этапа в Хохфильцене, который славится своими скандальными историями. Очередные обвинения в адрес российского биатлона, подкрепленные упомянутыми делами, главным из которых является дело Устюгова, могут нанести еще больший удар по Союзу биатлонистов России (СБР). Он и так уже три года ущемлен в правах, поэтому появление новых обвинений, пусть они даже основаны на старых данных, могут подтолкнуть нынешнее руководство IBU к еще более резким решениям. При этом история может ударить и по Майгурову, который с 2014 по 2018 год был первым вице-президентом IBU, а до этого — входил в руководство СБР.

История с биатлоном Тейлору важна и по той причине, что параллельно спортивный мир будет ждать решения по другому резонансному делу — о четырехлетних санкциях к российскому спорту. Именно на основе его рекомендации Всемирное антидопинговое агентство (WADA) в декабре прошлого года отстранило Россию от Олимпийских игр и чемпионатов мира. И основа у этого решения та же, что в разбирательствах с биатлонистами, — база данных Московской лаборатории. Биатлонистов хотят наказать за то, что их имена в ней указаны, весь российский спорт — за то, что информацию в ней исказили.

Финальную точку поставит Спортивный арбитражный суд (CAS) в Лозанне. Решение тоже ожидается в декабре, скорее всего, уже после доклада Тейлора по IBU, который будет подан в качестве аперитива.

Основное блюдо грозит российскому спорту большими проблемами. Биатлон — один из первых видов спорта, на котором могут быть испытаны антироссийские санкции WADA. Если суд их утвердит, на февральском чемпионате мира России уже не будет. Будут ее спортсмены, но только без опознавательных знаков — каких-либо намеков на принадлежность к родной стране. И так четыре года.

Но лишится Россия не только флага, вероятнее всего, санкции оставят ее и без лучшего биатлониста — Александра Логинова. В 2013 году тот был пойман на эритропоэтине — мутная история, подробностей которой никто не раскрывает, включая самого спортсмена. Но именно она может стоить чемпиону мира карьеры. Вероятнее всего, нейтральный статус будет требовать кристальной чистоты, потому российских спортсменов с допинговой историей к чемпионатам мира и Олимпийским играм допускать не будут. Логинов, от которого каждый сезон требуют извинений за уколы ЭПО, уже намекал на готовность завершишь карьеру. Пережить еще и такое унижение он вряд ли согласится.

Вот такие дела, такой 2020 год. Слово «болеть» для отечественного биатлона приобретает совсем не тот смысл, что представляется российским болельщикам.

Артем Кузнецов