7 ноября 2016, источник: Советский спорт

Екатерина Боброва: Дима Соловьев — это который печку сломал?

Пятикратные чемпионы России в танцах на льду — о сенсационной победе в Москве, уроках «Скейт Америка» и о том, с чего все начиналось.

Екатерина Боброва и Дмитрий Соловьев сделали себе отличный подарок к 16-летию катания в паре, одержав невероятную во многих смыслах победу на этапе «Гран-при» в Москве. Обыграть соперников из элиты мировых танцев на льду, набрать оценки, превышающие их личные рекорды — все это в предолимпийский сезон очень важно.

«ПЕРВОЕ МЕСТО — ПРИЯТНЫЙ БОНУС К ПРОКАТУ»

— Для меня главный итог турнира — я почувствовал, что мы снова в строю, — признается Соловьев. — Не было, если честно, эмоций из разряда «вау, какие мы молодцы». Да, мы это сделали. Еще больше уверенности в собственных силах придал этот старт, это первое место. И еще больше хочется работать. Знаем над чем.

— После «Скейт Америка», где мы стали третьими, у нас остался нехороший осадок, — продолжает Боброва. — Из-за не самых чистых прокатов и соответствующего результата. И я поняла, что допустила стратегическую ошибку. Просто были у меня в голове там и цифры, и места. Решила, что надо от этого избавляться. Совершенно перенастроила себя на этот этап и поняла, что это был правильный выбор. Поставить целью чистый прокат, чтобы получить удовольствие от него самим и доставить удовольствие болельщикам, друзьям и родственникам, которые пришли на нас посмотреть. И, что очень важно, тренерам. Они очень переживают и волнуются. Рада, что справилась со своей задачей, а первое место для меня просто приятный бонус.

— Зажимание ушей перед выступлением — именно для того, чтобы не думать о цифрах?
— Да я всегда зажимаю уши, если перед нами катаются сильные соперники. Это не совсем связано с настроем. Просто меня это может сбить. Зачем лишние мысли?

— Екатерина, продолжая тему этапа в Америке — в «Инстаграме» вы его назвали «дебильным»…
— Когда я перечитала эти слова и услышала комментарии нескольких моих близких друзей, то подумала, что, возможно, зря это написала. А потом, когда начала переписывать эту запись, поняла, что не хочу этого делать. Это было то, что я чувствовала в тот момент. Почему я не могу на своей странице писать то, что чувствую?

— Да я даже не про слово, а про само ощущение. Это действительно был настолько неудачный этап?
— Абсолютно. И в коротком танце я плохо скрутила два твиззла, что последовало понижение уровня сложности дорожек шагов до второго уровня сложности, это приличная потеря баллов. И в произвольном за поддержку получили снижение баллов. Нам говорили, «если бы не ошибки, было бы лучше». Но мы же их сделали….

«ВЕРИМ, ЧТО ЗАСЛУЖИЛИ СВОИ ОЦЕНКИ»

— Давило, что для попадания в финал «Гран-при» надо было в Москве выигрывать?
— На меня да, — признается Соловьев. — Настраивал себя именно на победу. Но когда на лед выходишь, об этом забываешь — особенно когда попадаешь в атмосферу такой поддержки публики, в которую попали мы.

— Ожидали, что такие высокие оценки можете получить?
— А почему нет? — рассуждает Боброва. — Мы на стартах этого сезона до московского турнира чисто не катали, теряли много баллов. Я искренне верю, что оценки за наши чистые хорошие прокаты в Москве мы заслужили. И, конечно, это не значит, что мы сейчас будем почивать на лаврах. Дима уже пересмотрел прокаты, зафиксировал определенные моменты, над которыми мы будем работать. А то, что нас судьи восприняли, и мы можем получать высокие баллы, нас только мотивирует.

— Слышали разговоры — вот, Бобровой и Соловьеву «надули» оценки, домашнее судейство?
— Когда я такое слышу, хочется ответить — а вы занимались фигурным катанием на таком уровне, чтобы так рассуждать? — говорит партнер. — Знаете, какая это работа, через какие травмы, боль и слезы мы проходим? Или вы просто болеете за других? Но вообще меня такие отзывы никак не задевают. Когда слышу негатив в наш адрес, просто смеюсь. Ведь эти оценки нам ставят специалисты, которые сидят у борта — между прочим, из разных стран. США, Канада….

— …Италия, Франция, — подхватывает партнерша. — Давайте посмотрим на это с другой стороны. В Америке выиграла американская пара, в Канаде — канадская. Но об этом, почему-то, особенно не говорят. Как только мы выступили хорошо в нашей стране — ну конечно, нам завышают оценки. К примеру, технический специалист, судивший нас на «Скейт Америка», работал и в России тоже. Там мы с ошибками получили вторые уровни за дорожки, здесь эти ошибки исправили, получили третьи уровни — и с ними те баллы, на которые откатали.

«ОТМЕТИЛИ САМЫЕ СЕРЬЕЗНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ЖИЗНИ»

— Как отметили 16 лет совместного катания?
— Пришла на каток, тянусь к партнеру обниматься — а он на меня так смотрит, как будто думает: Бобрихочка с ума сошла, — смеется Екатерина. — А я говорю: да ладно, Димка, мы же 16 лет вместе катаемся! Смотрим так с Димой друг на друга и говорим: слушай, а это ведь наши самые серьезные отношения в жизни! А потом приходит наш тренер Саша Жулин и говорит: «Ну тогда праздничный прокат!».

— Какие у вас самые первые воспоминания друг о друге?
— Мы знали друг друга еще до того, как встали в пару, — рассказывает партнерша. — Катались в одной группе еще маленькими детишками. У меня была очень близкая подруга, и ей Дима очень нравился. А еще помню историю, которая произошла однажды на сборах. Я ее свидетелем не была, но про нее все рассказывали. Дима со своим приятелем пошел на улицу к печке, на которой жарят то ли шашлык, то ли пирожки. Они начали на нее залезать — и печка просто развалилась. Старая добрая русская печка… Так что потом, когда мне говорили «Дима Соловьев», я сразу вспоминала — а, это тот мальчик, который на сборах печку сломал?

— Дмитрий, а вы ведь не хотели в пару с Катей вставать?
— Пффф… Я? С девчонкой за руку? Но когда мы с Катей первый раз покатались, мне там понравилась другая девочка. И я маме говорю: ну ладно, давай еще разок сходим. Вот так и закрутилось….

— А я пришла в танцы изначально к другому мальчику, но мы с ним в итоге даже не попробовали, потому что тренеры поняли, что мы друг другу не подходим, — продолжает Екатерина. — И когда я узнала, что нас собираются поставить в пару с Димой, очень этого момента ждала. Потому что в танцах одной скучно кататься — прыгать нельзя, только шаги делаешь и делаешь. И вот Дима пришел, мы взялись за руки и сделали вместе несколько беговых шагов назад. Я очень хорошо этот момент помню, и так была рада!

— Часто истории из совместной ледовой жизни вспоминаете?

Екатерина: Да на каждой тренировке как что-нибудь вспомним и начнем смеяться! У нас очень много приколов. Я их даже ни сестре, ни мужу не рассказываю, потому что понимаю — никто этого не поймет, кроме нас с Димой. А про «Спасателей Малибу» помнишь?

Дмитрий: Да как не помнить!

— А рассказать?
— Нет, это очень личное и секретное!

Admin
Готово
Произошла ошибка