19 января, источник: Чемпионат.com

«Я взмахну рукой, и все упадут в обморок от удовольствия»

Екатерина Боброва и Дмитрий Соловьёв — о коротком танце на чемпионате Европы, о нюансах подготовки и о том, кто кого в паре хлопает по попе.

Источник: Чемпионат.com

По итогам короткого танца на чемпионате Европы по фигурному катанию в Москве малую медаль получила только одна российская пара — Степанова и Букин первый соревновательный день в танцах на льду завершили на втором месте. Однако пара Екатерины Бобровой и Дмитрия Соловьёва, хоть и заняла четвёртое место, из борьбы за высокие места не выпала — до серебра меньше одного балла. Своим коротким танцем бронзовые призёры двух последних европейских турниров остались довольны. И на радостях поделились особенностями подготовки программ, рассказали о том, как заряжают друг друга энергией, и признали себя идеальной парой.

— Поделитесь впечатлениями от своего проката? Какие эмоции испытываете?

Соловьёв: В принципе мы довольны выступлением: и технической составляющей, и хореографической. Может быть, где-то мы были сдержанными, немного зажатыми, не выдали 100 процентов эмоций, не было какой-то искорки. Но чемпионат Европы — это своего рода подготовительный старт перед Олимпиадой в Пхёнчхане. Теперь мы знаем, где себя нужно подзадорить, а где более спокойно и внимательно относиться к элементам.

— То есть чемпионат Европы — это в первую очередь этап подготовки к Олимпиаде?

Боброва: Нет, это в любом случае очень важный турнир. Это не первый наш чемпионат Европы, мы уже становились победителями. И в этот раз, естественно, ставим перед собой цель выиграть его снова. Для этого, конечно, нужно показывать хорошее катание. Сегодня не всё получилось идеально, но впереди ещё целый завтрашний день, который всё определит.

— Не устали ждать своего стартового дня?

Соловьёв: Да, наконец-то мы начали. Действительно долго ждали этого дня и рады, что наконец-то вышли на лёд. Жалко, что в будний день народу на трибунах было не очень много, но, тем не менее, нам был оказан очень тёплый приём, чувствовалась грандиозная поддержка. Спасибо всем большое! Очень приятно было в этом сезоне снова выйти на лёд «Мегаспорта». Нам нравится здесь: всегда хорошая организация, горячая публика. Надеюсь, завтра будет больше народу.

— Какие мысли были у вас перед самым стартом? Как настраивались?

Соловьёв: Перед выступлением мы с Катей посмотрели друг на друга и почувствовали, что готовы, уверены в себе, спокойны. В общем, мы знали, на что мы способны, и верили, что всё получится. Поддерживали и во время танца, заряжали друг друга энергией…

Боброва: Меня Дима всегда здорово заряжает. Где-то что-то споёт, где-то станцует, где-то по попе хлопнет (улыбается). Видимо, надо к нему тянуться, брать с него пример. В следующий раз, может быть, я ему по попе хлопну перед выступлением (смеётся).

— Ваш тренер сказал, что судьи недооценили один из ваших элементов. О чём речь?

Боброва: Мы очень боролись за четвёртый уровень румбы, над которой очень много работали перед этим турниром, а нам, к сожалению, поставили третий. Где эта грань между уровнями? Хочется пошутить на эту тему, но я не буду. Просто скажу, что судьи это знают — им и решать.

Соловьёв: Наше дело — работать, показывать свой максимум, стараться делать всё лучше и лучше с каждым новым выступлением. Раз не получилось, значит, будем уделять ещё большее внимание отдельным элементам. Тем более, что у нас будет время сделать это. Чемпионат Европы — важный старт на данном этапе, но главный турнир сезона — Олимпиада в Пхёнчхане. Поэтому мы будем дальше, чтобы наилучшим образом подготовиться к главному турниру сезона.

— Можно ли сказать, то произвольная программа ближе вам по настроению, по эмоциям. Или в короткой программе вы тоже чувствуете себя максимально органично?

Соловьёв: Я бы сказал, что это два совершенно разных танца. Короткий танец — это зажигательная румба, латина, а произвольный танец — это в чём-то театральная постановка, отражение наших внутренних переживаний, эмоций, это что-то совершенно иное. Скажу честно: латину мне очень тяжело было отрабатывать. Она мне нравится, но я совершенно не понимал, как её танцевать, как работать телом, бедром — для меня это было очень трудно.

Боброва: Всё-таки у нас с Димой идеальная пара уже 17 лет (улыбается). Он рассказал, что ему было сложно в короткой, ну, а мне — в произвольной. Когда мне сказали играть слепую, у меня не получалось вообще ничего. Я не могла передать эти эмоции, этот взгляд. Мне было некомфортно, я бесилась, пыталась сделать что-то по-другому. Но к пику сезона, к чемпионату Европы мы с Димой наконец-то совпали: он нашёл себя в румбе, а я поймала свой образ в произвольном танце. Получается, что мы друг друга подтягиваем и выходим на пик ровно тогда, когда это нужно.

— Вносили какие-то изменения в короткий танец, чтобы вам было максимально комфортно дойти до пика, о котором вы говорите?

Боброва: Мы очень-очень много работали над коротким танцем. Против ощущений ведь никак не попрёшь: если тебе некомфортно делать то или иное движение, успевать под музыку, то ты это и не сделаешь. Поэтому мы подстраивали программу так, чтобы не идти себе наперекор. Отлаживали её так, чтобы быть уверенным в каждом шаге. Чтобы знать: сейчас я взмахну рукой, и все упадут в обморок от удовольствия. Так что, конечно, мы немало чего поменяли, чтобы найти золотую середину, которую и показали сегодня.