22 октября, источник: Спорт-Экспресс

Победная серия, которую не ждал никто. Творец главной сенсации КХЛ — о секретах успеха

Эксклюзивное интервью главного тренера «Автомобилиста» Андрея Мартемьянова.

Источник: Спорт-Экспресс

Алексей Шевченко из Ярославля

Больше всего я боялся, что 18 побед подряд изменят тренера. Встречались на моем пути те, кого и меньшие достижения превращали в человека, которому покорился Эверест без подготовки. Но главный тренер «Автомобилиста» остался прежним. Откровенный, не жадничает делиться знаниями и не изменивший своим принципам.

Андрей Мартемьянов по-прежнему рассказывает о таких нюансах, которые незаметны со стороны. Готов объяснить каждое свое решение, а не ограничивается «мы так решили». После интервью мы вышли на улицу выпить кофе, и он рассказал еще столько интересного про хоккеистов, про строительство команды, что можно написать небольшую книгу. И как же он любит своих игроков! Про каждого говорит что-то хорошее. Интервью уже давно кончилось, а он все хвалил своих парней.

Как же я завидую журналистам из Екатеринбурга! Они-то могут получать такие знания ежедневно.

Не предавали победной серии значения

— Внимательно смотрел вашу пресс-конференцию после игры с «Барысом». Думал, что вы начнете нервничать, будете выглядеть разочарованным. Но ничего подобного не увидел.

— Я был расстроен тем, что проиграли. Но вы же говорите про другое, да?

— Да.

— Эта серия… Все, когда-нибудь заканчивается, и я к этому был готов. Постоянно говорю и готов заявить еще раз — мы этому достижению вообще не придавали никакого значения.

— Странно это слышать.

— Но это так. У нас ведь стратегия не на серии, а на весь сезон. Морально мы были готовы к поражениям, но я скажу, что в игре с «Барысом» команда билась до конца, что меня порадовало. Мы в третьем периоде очень много атаковали, только соперник сыграл очень грамотно. Но у меня претензий к ребятам нет.

— Мне хочется разобраться, как вы относились к этой серии побед? Были ли дни, когда вы приходили домой и задумывались — ну ничего себе. Может быть, после седьмой победы, восьмой, одиннадцатой?

— Что-то такое было, но на мгновение. И никогда — во время матча. Тут ведь какое дело: мы с первого дня работы с командой договорились, что идем от матча к матчу. Требования со сборов у меня были простые: в каждом моменте, в каждой тренировке, в каждой игре отдаваться своему делу до конца или даже больше. И когда мы объявляли такие правила, то думали не о победных сериях, а о плей-офф. К весне должны были воспитать такую привычку, натренировать ее. Парни, вы выложитесь, восстановиться я вам всегда дам, но главное в данном конкретном эпизоде сделайте все или даже больше.

— То есть вообще ни разу не было желания веселиться?

— У меня жена за всеми этими сериями следит, она и дочь радовались. А я обращаю внимание на другие вещи.

— В городе вы теперь очень популярны.

— Да, теперь-то конечно. Вышел как-то на улицу, идет дождь, на улице никого. Только вижу один человек с собаками гуляет. Я спокойно иду, глаза вниз, весь в своих мыслях, а этот человек подходит, поздравляет с победами, спрашивает, как вечером сыграем. Вот, думаю, ничего себе, как узнал-то? Да, город сейчас живет хоккеем. Я всегда благодарю болельщиков команды за то, как они нас поддерживают. И в матче с «Барысом», когда мы проиграли, они не отвернулись от нас. Шум такой, что я думал — стадион сломается. Хорошо, что даже в такие трудные моменты они нас благодарят за хорошую игру. Хотя я понимаю, что для многих победа важней.

— В дни успеха у хоккеистов появляется много «друзей», о которых они давно забыли.

— И мне стали звонить, писать люди, которые исчезли на несколько лет. Мол, всегда верили в тебя. Я и в этом смысле спокоен, такое, конечно, происходит с каждым. Только думаю, а где же вы были, когда мне было по-настоящему плохо.

— А когда это было?

— После ухода из «Южного Урала» из Орска.

В Высшей лиге многие считают себя звездами

— Александр Гулявцев говорил, что тогда вам вслед неслось «детский тренер», «физрук». Вы ведь действительно ничего не показали с орским клубом.

— Ох, вы бы знали, что такое Высшая лига, какие там игроки. Это очень специфическое место. Там хоккеисты думают, что они звезды невероятного уровня. И переубедить их нельзя. Мне очень неприятно вспоминать про орский период карьеры. Я так и не понял, зачем меня приглашали. Пытался что-то исправить, но каким-то хоккеистам не понравилось. Начали ходить к руководству. Мол, меня «пять на четыре» не ставят, да тренировки не те. А руководство заняло их позицию.

— Странно.

— И я не понял. Меня же звали туда что-то исправить, а в итоге связали по рукам и ногам. Но жизнь же доказала, кто прав был в той ситуации. У них никакие тренеры не задерживались. Даже те, кто потом показывал себя в других командах. То есть проблема в чем-то другом, получается? Но тогда меня сделали виноватым во всем. Я тоже слышал, мол «тренер для «Золотой шайбы».

— Сейчас об этом смешно вспоминать.

— А тогда было ужасное состояние. И в такие моменты проявились настоящие друзья. Они не дали мне закиснуть, постоянно тормошили, звали куда-то, заставили за ветеранов поиграть, отвлекали. Это дружба, когда помогаешь человеку, даже когда ему плохо.

— Вы работали в красноярском «Соколе». В первый год попали в плей-офф, а во второй — нет.

— В первый сезон удалось выжать из ребят все, перегрузили их, так как скамейка была короткой. Может быть, что-то получилось и на второй год, но многие из них просто не пожелали работать с тем же упорством. Опять же специфика игроков ВХЛ. Я — звезда, у меня десять голов было и восемь передач. Относитесь ко мне иначе.

— Смешно.

— И такое там постоянно. Ничего подобного я не встречал в КХЛ. Ни в «Амуре», ни в «Автомобилисте».

— Хотя многие боялись, что игроки «Автомобилиста» не воспримут вас. Тут некоторые под сборной, а вы только «Амур» в плей-офф вывели.

— Если честно, то я бы быстро пресек подобное. Методы есть. Но ни разу не было повода даже поднимать эту тему.

— Меня всегда огорчает, что в России тренер, который хорошо работает в ВХЛ, не всегда может попасть в КХЛ.

— Но и исключения есть. Например, я поработал в Высшей лиге, Вадим Епанчинцев пришел из ВХЛ. Пусть он сейчас временно безработный, но результата добился.

— Но есть Мисхат Фахрутдинов. Или Леонид Тамбиев, который выиграл кубок, но не имеет предложения из главной лиги.

— Тут дело в доверии. Если какой-то клуб не будет следить за ошибками тренеров, поверит в них, поддержит, то, я уверен, многие из ВХЛ хорошо бы работали на уровне КХЛ. Мне ведь поверили в «Амуре». Когда была серия из девяти поражений, я уже был морально готов к тому, что уволят. Но не уволили, поверили. Да и сам видел, что команда на правильном пути, иначе бы сам ушел.

— Если честно, то во время серии я ждал, что вы немного «поплывете».

— Вы про звездную болезнь что ли? Да ладно вам. Это было у меня лет в 20, но потом прошла. А сейчас я взрослый человек, который может контролировать свое поведение. У меня были черные моменты в карьере, сейчас лучше. Это не повод меняться. Да и повода нет. Серия из 18 побед — это лишь эпизод. Приятный, но не более.

Посадить в запас легионеров? Легко!

— Вернемся в сегодняшний день. Я снова об этой победной серии. Вы на следующий день поздравляли друг друга?

— Нет. У нас правило: победили, 15 минут порадовались, а потом забыли и готовимся к следующей встрече. И это не указание тренерского штаба. Так решили все вместе с хоккеистами.

— Худший матч из этой победной серии?

— Не очень понравилось, как мы действовали два периода в игре против «Локомотива». Мы были не готовы к игре. Я себя корил больше. Видимо, допустил какую-то ошибку при подготовке к матчу, не нашел нужные слова.

— Как все исправили?

— Сказал ребятам: шашки наголо и вперед.

— Серьезно что ли?

— А что делать? Мы тогда проигрывали 1:4. Какая разница: 1:4 или 1:7. Это все равно бы было поражение, а так у нас был хоть какой-то шанс.

— Вы были готовы к тому, что будет 1:8?

— А у меня и мысли не было, что мои ребята смогли бы развалиться. Да и потом, это был единственный выход в такой ситуации. Не мог же я им сказать: «Парни, доигрываем спокойно, матч уже не спасти». Как бы я потом с ними разговаривал?

— Стали чувствовать, что соперники вас стали бояться?

— Нет, страха ни у кого нет, никто обреченными против нас не выходит. Но зато появилось другое — теперь соперники более мотивированные.

— Еще на турнире в Нижнем Новгороде вы сказали, что для вас все хоккеисты равны, вне зависимости от статистики, паспорта или возраста. В одном из матчей вы посадили в запас Анатолия Голышева. А смогли бы так с Доусом, Да Костой или Секстоном?

— Легко. Но они для этого не давали повода. Были невыдающиеся матчи, но весь сезон нельзя отыграть на выдающемся уровне. Спады бывают иногда даже в одной смене, можно допустить глупую ошибку. Но сажать за одну ошибку нельзя. Я вообще хотел бы отдельно сказать по Найджелу. Это лидер команды не только по статистике и игре, но и по духу.

Сказал команде: если надо, давайте ходить строем

— Со звездами непросто.

— И у Найджела есть характер. Иногда он может поворчать, высказать что-то. Но я прекрасно понимаю, что это не психоз, а идет от души. Доус не любит проигрывать.

— Вы с ним ссорились?

— А я ни с кем никогда не ссорюсь. Зачем? Просто к тем, кто делает что-то не так, не выполняет требования, у меня чуть прохладное отношение. И игроки чувствуют это, стараются исправиться. Но ссориться-то зачем?

— Кричать можно.

— Крик — один из способов мотивации. Но крик ради того, чтобы наорать на человека — это плохой метод. Я вам скажу, как у нас проходят разборы матчей. Я никого конкретно не задеваю, но каждый знает, к кому относится та или иная претензия. Но конкретные эпизоды я разбираю один на один, при всех ругать нельзя. Неправильно это.

— Вспомнил одну из претензий ваших игроков: команда слишком рано приезжает на стадион в день игры.

— Я объясню. У нас очень много хоккеистов, которые по-разному готовятся к матчу. Кому-то надо настроиться полчаса, кому-то десять минут. Я хочу, чтобы у всех было время подготовиться к игре. Но это не говорит о том, что у нас прямо все ходят строем. Тот же Доус может после раскатки уехать в отель не с командой.

— Демократия.

— Доверие. Хотя у нас тут было жесткое собрание. Кое-что случилось.

— Что?

— Нельзя такое выносить на люди. Но кое-что было.

— Нарушение режима?

— Не пытайте — это останется внутри коллектива. Речь ведь о другом. Я говорю парням: если вы хотите, то давайте ходить строем, будет все формально. Пришли к выводу, что это не нужно, сложная ситуация была улажена.

— Поразило, что вы не скупитесь на выходные. Я знаю, что и сами в такие дни стараетесь отключаться от хоккея.

— Да, в такие дни стараюсь, пусть и не всегда получается. Выходные нужны. У всех ребят друзья, семьи. Им нужно переключаться. Сейчас тяжело давать выходные, когда четыре матча в неделю. Но если между играми два дня, то один выходной. Понимаете, мне хочется, чтобы парни шли на стадион в хорошем настроении, чтобы у них была радость от предстоящей работы. Да, работа суровая, жесткая, но она должна быть в удовольствие. Кроме того, я всем доверяю и уверен, что они меня не подведут.

— На сборы не сажаете?

— Да и не будет такого. Зачем?

— Очень удивляет, что у вас здорово смотрятся те, кто, возможно, в других клубах затерялся. Например, Илья Крикунов играет, словно ему 16 лет.

— О, про Илью скажу. Мы тут играем с «Северсталью», он в звене с Парэ и Фрэнсис пару раз завозился у дальнего борта. Так Крикунов такие рывки назад сделал, так помог обороне, что я был в восторге. Потом подошел к нему, похвалил. Молодец же. Если говорить о хоккеистах, то почему-то считаются только заброшенные шайбы. А есть ведь еще непропущенные голы. Меня радует то, как парни отрабатывают в обороне, бросаются под шайбу. Я все это прекрасно вижу. Меня счет 10:0 порадует меньше, чем счет — 1:0. Потому что сейчас идет подготовка к плей-офф, к самым важным играм. И мы отрабатываем какие-то моменты, проверяем, способны ли мы на большее в серьезных встречах. Вот потому мы иначе смотрели на эту серию побед. Она для нас не была серией. Мы в каждом матче получали ответы на те или иные вопросы.

Андрей Мартемьянов
Родился 30 марта 1963 года в Свердловске.
Защитник.
Выступал за клубы: «Автомобилист» (1980 — 1983, 1984 — 1991, 1995), ЦСКА (1983 — 1984), «Олимпия» (Словения, 1991 — 1992), «Металлург» Мг (1992 — 1993, 1996 — 1997), ЦСК ВВС (1997 — 1999).
Победитель молодежного чемпионата мира (1983).
Тренерскую карьеру начал в 1999 году.
Работал в клубах в качестве помощника главного тренера: ЦСК ВВС-2 (Первая лига, 1999 — 2001), «Газовик"/"Рубин» (Высшая лига, 2005 -2006, 2009 — 2011), «Химик» (Высшая лига, 2006 — 2007), «Автомобилист» (Высшая лига, 2007 — 2009).
Карьеру главного тренера начал в 2011 году. Работал в клубах: «Автомобилист» (2011 — 2012, 2018 — н.в.), «Сокол» (ВХЛ, 2013 — 2015), «Южный Урал» (ВХЛ, 2015 — 2016), «Амур» (2016 — 2018).
В нынешнем сезоне его команда стартовала с 18 побед подряд и в общей таблице КХЛ занимает единоличное первое место.