12 мая, источник: Sport24

«В “Нью-Йорке” сказали, что просто забыли выбрать меня на драфте». Толчинский — о НХЛ, ЦСКА и «Авангарде»

Интервью участника одного из самых громких переходов КХЛ в это межсезонье.

После шести лет в Северной Америке Сергей вернулся в родной ЦСКА в 2018-м году. В первый же год выиграл с армейцами Кубок Гагарина, пусть и не всегда попадал в основной состав в регулярном чемпионате, а плей-офф полностью пропустил из-за травмы. В этом сезоне 25-летний форвард показал существенный прогресс и заслужил внимания других клубов. 1 мая «Авангард» сделал Толчинскому контрактное предложение, которое игрок принял, а ЦСКА повторять не стал. Через неделю нападающий официально стал игроком омского клуба.

«Больше читаю книг по саморазвитию и экономике»

— Сезон в КХЛ был досрочно завершен почти два месяца назад. Как у вас прошло это время?
— Я снял в Подмосковье дом, и там сейчас живу. Сделал себе площадку из искусственного льда и тренируюсь. Почти каждый день по полдня провожу на ней.

— И как оно, полностью заменяет настоящие ледовые тренировки?
— Нет, все равно не то. Катание не то. Но это хоть что-то: можно покататься на коньках, побросать по воротам. В принципе более или менее нормально.

— Нашли для себя новые хобби и увлечения?
— Да новых, наверное, нет. Стараюсь просто время с пользой проводить: тренируюсь, читаю.

— Что читаете сейчас?
— «Черный лебедь» Нассима Талеба. Но пока тяжеловато дается.

— Какую вообще литературу предпочитаете?
— Художественную меньше, больше читаю книг по саморазвитию, экономике. Хочется в финансовой грамотности добавить.

— Очень популярна книга «Богатый Папа, Бедный Папа». Читали?
— Да, но там в основном закладываются базы. Я стараюсь более углубленную литературу изучать.

— А сериалы, фильмы?
— Сериалы вообще не смотрю. Да и фильмы целыми днями тоже. Стараюсь все время проводить на свежем воздухе. Часто ко мне друзья приезжают, играем в разные спортивные игры.

— В магазины ездите?
— Стараюсь почти не выезжать с дачи. У нас тут в десяти минутах езды от дома есть магазин, туда езжу за продуктами в маске и перчатках, и все.

— Плотно следите за новостями о коронавирусе?
— Новости читаю, но не постоянно. Родители регулярно смотрят Первый канал, оттуда слышу, что происходит в мире.

— У многих на самоизоляции периодически портится настроение и кончаются силы. Вас временами накатывает хандра?
— Пока сидел в квартире и никуда не выходил, было тяжело. В четырех стенах делать нечего и вообще ужасно. А сейчас на природе настоящий кайф, есть чем заняться.

— Разговоры о вашем переходе в «Авангард», наверное, тоже отвлекали от рутины?
— Да, славу богу хоть что-то интересное было.

«Из “Авангарда” постоянно звонили, а со стороны ЦСКА интереса не увидел»

— Ваш переход в «Авангард» для многих получился неожиданным. Когда вы узнали об интересе Омска?
— Мне агент давно говорил о том, что «Авангард» интересуются мною. Но я до последнего думал, что останусь в ЦСКА. Потом Омск вышел с предложением, и оно меня заинтересовало. Очень рад, что все именно так сложилось.

— До 30 апреля вел ЦСКА с вами переговоры о новом контракте?
— Клуб сделал свое предложение. Агент вел переговоры, мы ждали какого-то более выгодного предложения, но не получили его. ЦСКА не смог предложить ничего сопоставимого с «Авангардом».

— Дело было в финансах?
— И в финансах, да и мне вообще было приятно, что «Авангард» проявил такой интерес. Мне постоянно звонили менеджеры, я говорил с главным тренером. Такое отношение повлияло на мой выбор. А со стороны ЦСКА наоборот особого интереса я не увидел.

— Вы сразу знали, что ЦСКА не будет повторять предложение «Авангарда»?
— Я точно не знал, но предполагал. А то, что я официально стал игроком «Авангарда», узнал из новостей.

— Какое впечатление осталось от разговора с Бобом Хартли?
— Положительное. Хартли выиграл Кубок Стэнли, многого добился, у него огромный опыт. Все это очень много значит. Боб рассказал про систему «Авангарда».

— Обсуждали ли вы уже с Хартли вашу роль в команде?
— Да, мне сказали, чего от меня ждут, и что на меня рассчитывают. Все это приятно.

— Хартли — не простой тренер со своими принципами и системой, а его доверие заслужить сложно. Когда переходили, вас не беспокоил этот момент?
— Нет, совсем не беспокоил. Я играл под руководством многих тренеров, все были с разными характерами и разными амбициями. Под каждого наставника можно подстроиться, и у каждого нужно завоевать доверие. Если я буду хорошо выполнять требования тренера, то никаких проблем не будет.

— С ЦСКА вы год назад выиграли Кубок Гагарина, в этом — регулярный чемпионат. Кто-то обязательно скажет, что переход в омский клуб — шаг назад.
— Мне, наоборот, кажется, что это шаг вперед. В прошлом сезоне у меня было 12 минут игрового времени в ЦСКА, в этом получилось завоевать доверие Игоря Валерьевича (Никитина — прим. ред.). Он мне очень помог в хоккейном плане. Поначалу я совсем мало играл, но благодаря этому стал ментально сильнее и злее. Думаю, этим сезоном я заслужил интереса со стороны других сильных клубов. «Авангард» тоже хорошая команда, это топ-клуб. Там у меня появится возможность сыграть на позиции лидера. Очень уже хочу побыстрее приступить к тренировочному процессу.

— По ходу сезона вы прибавляли и здорово провели концовку. Учитывая, что в межсезонье клуб покинет много лидеров, надеялись ли, что теперь получите в ЦСКА более значимую роль?
— Я не то что бы надеялся… В любой команде ты сам можешь стать лидером. Все делается через работу. В ЦСКА у меня была возможность и в этом году, и в прошлом, и была бы в следующем. Все зависело бы от меня. Но так сложилось, что я выбрал «Авангард».

— Получается, в какой-то момент «Авангард» просто проявил больше интереса к вам, чем ЦСКА?
— Да.

«В первый сезон в ЦСКА было тяжело»

— Судя по вашей прошлогодней личной статистике возвращение в Россию далось вам непросто и потребовался целый сезон, чтобы адаптироваться к КХЛ.
— Адаптация по сути дела заняла у меня почти полтора года, только в прошлом октябре я нашел свою игру. Возможно, все прошло бы быстрее, если бы у меня было больше игрового времени. Но в любом случае все вроде бы позади.

— В тот момент не жалели, что вернулись в Россию после шести лет за океаном?
— Нет, таких мыслей даже не возникало. Были трудности, через которые просто надо было пройти.

— Многие считают, что уровень АХЛ сопоставим с КХЛ. Или все-таки в России чемпионат сильнее?
— Тяжело сравнивать. Возможно, в следующем сезоне в КХЛ из-за жесткого потолка команды станут более равными и будет интереснее. Потому что сейчас игра против топ-клуба сильно отличалась от матчей с командами из нижней части таблицы. Немного другой хоккей. Когда играешь против сильной команды, то определенно уровень выше, чем в АХЛ. А если сравнивать игры с аутсайдерами, то возможно матчи в АХЛ междутоп-командами могут быть интереснее.

— Будучи игроком ЦСКА, было ли сложно настраиваться на матчи с аутсайдерами?
— Мне не было сложно, потому что надо было в каждом матче доказывать и играть на полную.

— В первой половине сезона у ЦСКА были некоторые проблемы, а серию поражений связывали с чемпионским похмельем. Что, на ваш взгляд, произошло на самом деле?
— Честно говоря, плохо помню, что у нас творилось в команде в тот момент. Но могу точно сказать, что никакой паники не было, все было под контролем. Мы понимали, что выйдем из этого спада, такое случается у всех. В первый мой сезон в ЦСКА мы тоже в начале чемпионата проигрывали несколько матчей подряд.

— К системе Игоря Никитина тяжело привыкали?
— В первый сезон было тяжело, да и я сам неважно играл. На мой второй год в ЦСКА мы с Игорем Валерьевичем очень много беседовали, был разговор, когда он четко объяснил, что он меня требуется. После этого постепенно все стало получаться.

— Его победа в Кубке Гагарина изменила?
— Думаю, нет. У нас никого победа особо не изменила, никто не зазнался. На новый сезон была новая цель.

— В чемпионском сезоне вы не сыграли в плей-офф. Насколько сложно было наблюдать за выступлением команды с трибуны?
— Психологически тяжело. Я радовался за ребят, победе, но все равно хотелось играть.

— Вкус победы такой же сладкий или было не то?
— Думаю, что если бы играл, то эмоций было бы больше и я бы сильнее радовался победе. Я не скажу, что не был счастлив, был. Но когда играешь, то эмоции вообще неописуемые.

«Когда камер нет, Зыков только и смеется»

— Скучаете по чему-то американскому и канадскому?
— Просто бывает ностальгия. По тому же городу Шарлотт, где я играл. Плюс по ребятам. За шесть лет в Америке у меня появились друзья, с которыми до сих пор общаюсь.

— Общаетесь ли с Валентином Зыковым, с которым вместе играли?
— Да, поддерживаем связь.

— Говорят, он очень закрытый молодой человек, который даже толком с партнерами не общается.
— Нет, это не так. Он общается со всеми, хоть немного и закрытый парень. Когда играли вместе, то жили в одном доме, постоянно вместе ездили на тренировки.

— Я как-то писала про него текст и столкнулась с проблемой — ни на одной фотографии, которые есть в интернете, он не улыбается. В жизни он тоже не улыбается?
— Когда камер нет, его не остановить. Только и смеется.

— Вы были крайне результативные в юниорской лиге Канады, однако на драфте вас не выбрали. Для вас тогда это было ударом?
— Я очень сильно расстроился тогда. Из моей команды выбрали пару ребят, которые полсезона даже в состав не попадали.

— Как считаете, почему вас не выбрали? Из-за габаритов?
— Не знаю. Как мне сказали, просто забыли выбрать. Потом «Нью-Йорк Рейнджерс» выходили на меня с предложением и сказали, что забыли выбрать. Не знаю, правда это или нет. Хотелось бы верить, что это правда и меня просто забыли.

— Зато потом вы смогли самостоятельно выбирать команду.
— Да, в итоге все сложилось удачно. Я выбирал между «Каролиной» и «Рейнджерс». Выбрал «Каролину», потому что этот клуб проявлял больше интереса и сразу хотел подписать со мной контракт.

— Осталась ли обида на «Каролину» из-за того, что вам и шанса в основе не давали и обменивать не хотели?
— Наверное, ничего не осталось. В последний сезон действительно были разговоры об обмене, были команды, которые мною интересовались, но «Каролина» с ними просто не договорилась.

— Чему вас научили шесть лет за океаном?
— Тяжело что-то выделить. Я уехал туда несовершеннолетним, а вернулся 23-летним. В Северной Америке прошел мой период взросления, я многому там научился.

— Сложно было одному в юном возрасте уехать и решать все бытовые проблемы?
— Да бытовых проблем и не было. Думал, что будет намного тяжелее. Но мне повезло: я попал в классную организацию, жил в хорошей семье. Так что никаких проблем не было. Мы до сих пор общаемся. У меня остались только приятные воспоминания об этом времени.