Александр Большунов — официально сильнейший лыжник планеты. Первый в современной истории России обладатель Кубка мира — главного трофея сезона. В этом году ему также покорились престижная многодневка «Тур де Ски» и «королевский» марафон. В интервью ТАСС Большунов рассказал, почему не испытал эмоций от исторической победы, о соперничестве с норвежцем Йоханнесом Клебо и о том, страдает ли он звездной болезнью.

— Новость о вашей победе в Кубке мира пришла в ночь на среду, когда норвежцы объявили о решении не лететь на североамериканские этапы. А как о победе узнали вы?

Во время загрузки произошла ошибка.

— Была тренировка, во время которой Юрий Викторович (Бородавко, тренер спортсмена — прим. ТАСС) сообщил мне, что сборная Норвегии не летит. Первое, что испытал, — разочарование, поскольку норвежцы все-таки были главными моими соперниками по этому сезону. Без них праздновать победу в Кубке мира было бы не очень хорошо.

Это все равно что разослать приглашения к себе на день рождения, на который в итоге никто не пришел. Так и здесь: вместо того, чтобы приехать и порадоваться за меня, они просто отказались от выступления.

— Елена Валерьевна Вяльбе это решение норвежцев объяснила тем, что они просто не умеют проигрывать. Были похожие мысли?

— Да, похожие мысли действительно были. Более того, возможно, на отмену соревнований в Северной Америке могло повлиять как раз решение сборной Норвегии.

— Как, кстати, там обстановка? Что-то выдавало боязнь эпидемии?

— Нет, там все спокойно, все нормально.

— То есть ничего не мешало выходить на старт и сражаться за победу?

— Да, я готовился. Еще в пятницу проснулся с мыслями, что меня ждет подводящая работа к гонке, но в нашей группе уже было сообщение, что этап в Квебеке отменяется. От этого я очень сильно расстроился.

— Но все же сейчас, когда пришло осознание победы, испытываете положительные эмоции?

— Да эмоций никаких и не могло быть. Они должны были быть после борьбы, после вручения награды на пьедестале. Получилось же так, что все оборвали. Получилось все не так, как хотелось, поэтому мои мысли сейчас только о том, что нормально Кубок мира можно будет завоевать только в следующем году. Но это уже будет другой кубок.

— А что с этим? Когда пройдет церемония вручения награды?

— Неизвестно. FIS [Международная федерация лыжного спорта] до сих пор не сказала, где, как и когда это произойдет. Похоже, он пока еще так и остается в Кэнморе.

— Несмотря на отсутствие эмоций от победы, есть ли радость от того, что наконец-то уделали Йоханнеса Клебо?

— Уделал? Я бы так не сказал, поскольку в спринте он все же пока лучший. Я чуть получше на дистанции, так что идем с ним параллельно.

— Сейчас вы оказались впереди. Это мотивирует на следующий сезон? Есть понимание, что двигаетесь в правильном направлении?

— Да, конечно, потому что в начале сезона все было не очень понятно, как будет реагировать мой организм. Потому что болела спина, и результат был не тот, которого хотелось. Пятое место на первом этапе — с виду нормальный результат, но для меня это было ударом под дых.

Помню, мне болельщики тогда кричали: «Саня, красавчик! Боролся, на секунду Ларькова опередил!» Я такой: «Я что, сюда с Ларьковым приехал бороться? Мое желание — бороться за победу».

— В итоге Клебо поздравил с победой? Или кто-то из норвежцев?

— Между прочим, поздравил только Шур Рёте. Прислал СМС. А что касается Клебо, то последний раз мы с ним виделись после гонки на 50 км.

— То есть особо не контактируете между собой?

— После Канады мы собирались провести совместный сбор, вместе покататься, потренироваться. Но, похоже, в этом году из-за этого коронавируса не получится.

— В следующем сезоне с Клебо будете бороться и за медали чемпионата мира. Теперь от вас будут ждать только золота, которое должно стать первым в карьере.

— Для того чтобы выиграть золото, нужно еще хорошо потренироваться и сделать определенные выводы после этого сезона. Сделать так, чтобы к следующему сезону подняться хотя бы на полступеньки.

— И чтобы лыжи хорошо намазали. (Большунов в этом сезоне проиграл «Ски-тур» по причине плохой готовности лыж к последней гонке — прим. ТАСС).

— На самом деле с лыжами тогда была наша общая проблема, потому что решение принимали мы вместе, а не по отдельности.

— После той гонки сильно негодовали. Долго отходили?

— До вечера мысли не отпускали.

Но у меня так всегда: первые 15−20 минут уходят на то, чтобы выплеснуть негативную энергию. Это я и сделал после финиша, но после стало легче. Да, обидно, что упустил победу, которая была так близка, но дальше были старты, на которых также можно было успешно выступить.

Те же 50 км, которые для меня являются более престижными, чем 30 км на «Ски-туре».

— Да, вторая подряд победа в «королевском» марафоне тоже знаковое событие этого сезона. Что ж, еще раз с большим успехом! Отрадно видеть, что он не вскружил вам голову, потому что по ходу сезона приходилось слышать, что Большунов зазнался.

— Нет, каким я был, таким и остался. Если бы у меня была звездная болезнь, то сейчас такого результата точно бы не было.

— Английский, кстати, подучили?

— Учу его только во время общения с кем-то. Специально нет, хотя надо. Интересно поговорить с теми же соперниками, пообщаться.

Беседовал Артем Кузнецов