— В первом раунде Кубка Гагарина с московским «Динамо» вы схлестнулись с Иваном Зинченко, причем сами вызвали его на бой. Зачем?
— Все началось с того, что Роберт Хэмилтон отдал мне передачу на пятак, я попал во вратаря, и у хоккеистов московского «Динамо» начали вскипать эмоции. Произошла потасовка, и мы с Зинченко предложили друг другу подраться.
В тот момент не задумывался о том, что мой соперник может быть старше или сильнее. В плей-офф на льду разворачивается война, в которой у тебя не должно быть авторитетов. Думаю, драка повлияла на нашу команду, подбодрила ребят.
— Какой отклик имеет драка в мужском коллективе?
— Она дает взрыв эмоций и драйв, особенно если ты побеждаешь. При этом важно выбрать правильный момент: нужна сейчас драка твоей команде или нет. Тем эпизодом с Зинченко я показал своим партнерам, что готов заступиться за них и постоять за себя.
— Такая храбрость передалась вам от отца-боксера?
— Скорее всего. У меня такой характер, что я никогда никому не уступлю: ни на льду, ни в жизни. Просто не умею этого делать. Раньше летом ходил к тренеру по тайскому боксу, но уже года три не посещал занятий. Не думаю, что навыки сохранились, однако в определенный момент они мне помогли, — сказал Белкин.
