Ранее 13-летний фигурист Александр Плющенко перешел в сборную Азербайджана.
— А у него (Александра) есть эта влюбленность в фигурное катание, какая была у тебя, какая есть у Лены Костылевой? Когда без этого не можешь жить.
— Он одно время сходил с ума по футболу, да и сейчас сходит, и думал, что будет футболистом. И тут ситуация была такая. Я позвонил своему знакомому, он агент больших ребят по футболу, а его дочь катается у меня в группе. Спрашиваю: «Можно показать Санька в какую-нибудь серьезную команду?» — «Не вопрос. Сейчас как раз отбор идет, отбирают, смотрят». И я говорю сыну: «Завтра поедем, будут тебя смотреть…».
— Как футболиста.
— Да, в профессиональную команду. И он отвечает: «Пап, ты знаешь, давай я лучше у себя во дворе буду играть, мне этого будет достаточно». То есть пришло время, он переосмыслил. Сейчас Санек с удовольствием ходит на фигурное катание, с удовольствием занимается, он полюбил этот вид спорта.
А главное, я ему сказал: «Сань, когда у тебя начнет получаться все, ты вообще начнешь кайфовать». И вот пожалуйста. Он сделал 3,5 аксель, начал получать удовольствие от фигурного катания. Кто-то его спрашивал, футболист ли он: «Нет, мой профессиональный вид спорта — это фигурное катание».
— Слушай, как круто, что сын сам до этого дошел, а не то что вы с Яной (Рудковской) на него давили авторитетом и папиными успехами.
— Я все читаю, что пишут люди про Санька, стараюсь не обращать на это внимания. У нас с Саньком свой путь. Я не хочу, чтобы он был фанатиком, как я в свое время. Меня мама действительно настраивала: тренировки, тренировки, пахота, пахота. Ни восстановления, ни бань, ни массажей не было. Поэтому позже у меня случилось 18 операций.
Сейчас я выстраиваю все по-другому, поскольку вижу, чего мне не хватало. С утра до вечера были тренировки, с утра до вечера ОФП, растяжки и все остальное. Нет, все это должно быть дозированно. Санек — талантливый мальчик, но у него все получается, когда ему нравится и когда он хочет. А главное, он говорит: «Пап, давай без пихача», — это у него сейчас новая история.
— То есть не дави на меня.
— Да, не дави на меня, без пихача — и все будет отлично, — сказал Плющенко.
