«Всегда буду благодарен ЦСКА. Он помог мне зацепиться в сборной». Файзуллаев — о ЧМ-2026 и мечте о «Барселоне»

Не видел ни одного футбольного болельщика в России, даже если он не за ЦСКА, кому не нравился бы Аббосбек Файзуллаев. Миниатюрный атакующий полузащитник из Узбекистана своими остроумными решениями очаровал публику, да и вел себя всегда по-джентльменски, а за пределами поля с его лица не сходила улыбка. Всегда приятно видеть таких позитивных и воспитанных людей.

В заключительной части своего второго сезона он потерял место в стартовом составе красно-синих из-за смены тактической модели Марко Николича — в ромбе комфортного места Файзуллаеву не нашлось. В прошлое летнее трансферное окно он уехал в турецкий «Истанбул Башакшехир» — и, выступая в одной команде со своим соотечественником Элдором Шомуродовым, занял пятое место в чемпионате Турции, а его сезон оказался скомкан двумя неприятными травмами.

Но мечтает 22-летний хавбек, конечно, о другом футболе. Об этом и многом другом мы с ним поговорили в расположении сборной Узбекистана в Атланте, где ей остались считаные дни до дебюта на чемпионатах мира — матчем против Колумбии 18 июня. И Файзуллаев испытывает в связи с этим сильнейшие чувства.

Каннаваро снимает с нас давление. Говорит, что мы должны наслаждаться этими днями

— Поздравляю со стартом первого чемпионата мира в вашей жизни. Что у вас сейчас на душе? — спрашиваю Аббосбека.

— Очень рад и волнуюсь. С детства мечтал об этом — и сейчас остался шаг до дебюта. Первый чемпионат мира, который помню, — Южная Африка-2010. Матч открытия, кстати, между теми же командами, что и сейчас, — Мексикой и ЮАР, судил наш узбекский арбитр Равшан Ирматов. Мне было шесть лет. Помню, как с папой на это смотрели и радовались, что наш человек — часть такого большого праздника. С того момента мечтал попасть на чемпионат мира и сыграть там.

— Ирматов теперь один из главных руководителей узбекского футбола. Он рассказывал какие-то вещи о чемпионатах мира, на которых работал?

— Говорил, что чемпионат мира — это вообще другой уровень эмоций по сравнению с тем, что мы видели. Попасть туда нелегко, но сборная это сделала и осуществила мечту всего нашего народа. Впервые в истории нам удалось выйти в финальный турнир, и гордимся, что именно наше поколение этого добилось.

— Главный тренер Фабио Каннаваро вас успокаивает? Ведь его даже признавали лучшим игроком ЧМ-2006, который он со сборной Италии одержал победу на турнире в Германии. Так что хотя бы поэтому его слова должны иметь для вас вес.

— Конечно, он делится с нами своим опытом. И снимает с нас давление. Берет его на себя и говорит, что нам надо прежде всего наслаждаться этими днями, потому что приехали на свой первый чемпионат мира. И просто играть, потому что нечего терять. Может быть, это даже дает чуть-чуть преимущества. Главная мотивация — чтобы наш народ гордился сборной.

— В последнем контрольном матче с Нидерландами 8 июня ваша команда упорно билась до последней минуты, едва ничью не зацепила — при счете 1:1 Гакпо победный мяч с пенальти на восьмой добавленной минуте. Это придает дополнительную уверенность, что можете достойно сопротивляться соперникам уровня Колумбии и Португалии?

— Да, с нидерландцами посмотрели на себя и почувствовали, что можем дать отпор футболистам очень высокого уровня — де Йонгу, ван Дейку. Да, уверенности стало больше. Думаем, что готовы к борьбе и способны удивить.

— Была ли у вас специальная подготовка, связанная с первой игрой ЧМ-2026 в среднегорье? Ведь Мехико расположен на высоте более двух тысяч метров над уровнем моря.

— Нет. Вообще, слышал, что если прилететь туда вплотную к матчу, то это лучше, чем за пару-тройку дней. Потому что для полного привыкания в любом случае нужны две-три недели. А две следующих встречи у нас на другой высоте. Так что лучше прибыть туда как можно ближе к игре.

— Вообще, сборы перед чемпионатом мира тяжелые были?

— Очень! Если спрашивать всех наших ребят, они говорят: «Самые тяжелые сборы». Даже 25 мая, перед полетом сюда, занятие длилось два с половиной часа. Мы бегали по девять километров за тренировку. Это очень, очень много. В клубе за одну тренировку в течение сезона пробегали три с половиной — четыре. А тут — больше чем в два раза больше!

— Как думаете, Португалия сейчас сильнее с Роналду или без него?

— Может быть, в прессинге — без него. Но когда Криштиану на поле, это придает команде уверенности. Роналду в любой момент может решить исход матча. Это один из лучших игроков в истории футбола, и нет никаких сомнений, что он по-прежнему способен что-то решать на поле.

— Ждете уже момента, когда выйдете против него?

— Очень-очень жду, конечно. Всегда об этом мечтал, когда по телевизору смотрел его матчи. Несмотря на то что сам я — фанат Месси, Криштиану тоже мне очень нравится. Сыграть против него — конечно, это мечта.

— Роналду, помню, даже присылал видеоприветствие узбекскому народу вместе с Жалолиддином Машариповым, когда они вдвоем выступали за «Аль-Наср».

— Да-да-да. В соцсетях это завирусилось. Наш брат играл с ним, многому научился, а Криштиану делится с ним какими-то моментами. В конце тренировки они соревновались в ударах.

— И кто выиграл?

— Это рассказывать не буду, ха-ха!

Судьба Хусанова — мотивация для всех футболистов в нашей стране

— Расскажите о сезоне в турецком «Истанбул Башакшехире» после того, как уехали из ЦСКА. Как вы вообще туда перешли и не жалеете ли об этом, учитывая, что дважды пропускали длительные отрезки из-за травм?

— Ни о чем не жалею, все, что ни делается, — к лучшему. Сам переход был очень сложным. Вначале клуб не смог меня заявить, и я потерял недели три, что ли. Тренироваться с командой не мог, работал сам.

— Нури Шахин, у которого позади блестящая игровая карьера, а в позапрошлом сезоне он тренировал дортмундскую «Боруссию».

— Да. Он стал мне доверять, а я с его приходом начал чувствовать себя намного лучше. В целом не могу сказать, что в своем первом сезоне в Турции смог показать себя на сто процентов, но, повторяю, ни о чем не жалею. Потому что иду к своей мечте.

— Насколько помогло в Стамбуле то, что там вы выступали вместе с капитаном узбекской сборной Элдором Шомуродовым?

— Конечно, когда в команде есть твой соотечественник, это очень помогает привыкнуть к чемпионату и другой стране. Тем более мы дружим, много общаемся. У нас там дома совсем рядом, в трех-четырех минутах пешком. Думаю, для обоих было очень хорошо, что перешли в одну команду. Я еще перед трансфером слышал, что Элдор тоже может там оказаться, и это стало одной из причин, почему я туда пошел.

— Недавно появлялись разговоры, что вы можете вернуться в ЦСКА. Вами действительно интересуются?

— Не знаю об этом. Сейчас вернуться туда было бы неправильным решением, потому что я уже сделал новый шаг в своем развитии. Хочу в топ-5 лиг Европы, и если покажу здесь хороший футбол, дай Бог, мечта сбудется.

— Все знают, что чемпионат мира — серьезная ярмарка. Это для вас тоже мотивация?

— Это большой рынок, такие матчи смотрят все. Но сейчас я об этом не думаю. Полностью концентрируюсь на чемпионате мира. Сейчас главная мечта — эта.

— А есть лига, которая привлекает больше всего?

— Испанию. Всегда туда хотел. Но посмотрим.

— И даже любимая команда есть в Ла лиге?

— Конечно, «Барселона» — моя самая большая мечта! И постараюсь ее достичь. Время покажет, но буду до конца стараться.

— Есть в Узбекистане футболист, который доказывает, что любая мечта осуществима, — Абдукодир Хусанов. Это для вас пример?

— Его судьба — очень большая мотивация для всех футболистов в Узбекистане. И доказательство, что самые смелые мечты могут сбываться, откуда бы ты ни был — даже из маленького городка в Узбекистане. Если ты веришь в это и очень стараешься, все может случиться.

— Он официально вошел в тройку лучших игроков сезона «Манчестер Сити». Для вас такой поворот его судьбы — шок?

— Нет. Мы же с ним играли на чемпионате мира, только молодежном. Я уже в тот момент чувствовал, что он обязательно попадет в топ-5. Потому что у него мощные физические данные, а уверенность и агрессивность на поле Абдукодир показал уже тогда.

— Какой менталитет должен быть, чтобы не дрогнуть, не засомневаться в себе, тем более после неудачного первого матча за «Сити».

— Если бы на его месте был другой, не думаю, что сыграл бы в первом матче лучше. И кто в таком возрасте не волновался бы — потому что новые лига, клуб, этап жизни, уровень. И сразу начинать против «Челси» — это очень тяжело. Но после первой ошибки Абдукодир собрался и стал очень хорошо проявлять себя.

— Про Гвардиолу что-то рассказывал?

— Что они много тренировались с мячом и занимались тактикой.

— Хусанов вообще не дает интервью, даже узбекским СМИ. В команде он такой же скромный, как и с журналистами, или другой?

— Это очень скромный и тихий парень, да. Не со всеми открыт, только с близкими людьми.

— Вы с ним близкие друзья?

— Да. У нас «банда» из четырех ребят, вместе выступавших на U-20.

Челестини хотел, чтобы я остался

— С кем-то из ЦСКА поддерживаете отношения?

— Да, и со многими. Общаемся с Лукиным, Кисляком, Мойзесом, Гуарирапой, Давилой, Круговым… Ребята желают удачи — и чтобы хорошо выступил. Вчера вот Мойзес написал.

— Следили вообще за ЦСКА в этом сезоне?

— Почти каждый матч смотрел!

— Ого.

— Если у меня есть время — всегда обязательно смотрю, поддерживаю. Конечно, ЦСКА — команда, которая дала мне возможность зацепиться в сборной, открыла передо мной новые перспективы. Всегда буду благодарен клубу, товарищам по команде, тренерам и обязательно болельщикам, потому что они очень сильно поддерживали и тепло приняли. Спасибо им большое.

— Они тоже вас очень хорошо вспоминают. Перед началом нашего разговора я показал вам видео на эту тему, где известный фанат ЦСКА Максим Коротин, с которым мы ездили в составе группы российских болельщиков на пирамиды под Мехико, показал привезенный флаг красно-синих и обратился к вам с добрыми словами, а также пожеланием возможной встречи на «Ацтеке» с полузащитником сборной Колумбии Хорхе Карраскалем под знаменем армейцев.

— Да, это очень приятно, когда у тебя с болельщиками такая теплая связь. Потому что в футболе ты никогда не знаешь, что случится завтра.

— А если увидите Карраскаля на «Ацтеке» — обниметесь?

— Да! Когда только перешел в ЦСКА, мы тренировались отдельно, не с командой — он уже, я еще. И очень хорошо общались. Сейчас, если пересечемся, конечно, обнимемся.

— Вы же, говорят, несколькими языками владеете. Испанским тоже?

— Да, испанский есть, но в прошлом году я остановился в занятиях — не знаю почему. Сейчас из-за этого забываю много слов. Так что надо продолжать учиться.

— Первый сезон в ЦСКА у вас получился замечательный. А по ходу второго главный тренер Николич начал перестраивать тактику, и в его новой схеме с ромбом места вам не нашлось.

— Да, уже во втором круге. В первом, думаю, играл на хорошем уровне, забивал, отдавал — по-моему, 3+6. Потому что выходил на своей позиции. Но потом, после сборов, тренер поменял расстановку, стал выстраивать полузащиту ромбом, и мне было неудобно. Но тогда тоже многому научился — в частности, возвращаться в оборону и помогать ей. Какой-то плюс есть, но все равно такая ситуация чуть мешала развиваться.

— Это тоже повлияло на ваше решение уходить?

— Было одной из причин. А еще просто уже чувствовал, что надо сделать следующий шаг.

— А как вам работалось годом ранее с Владимиром Федотовым?

— Очень хорошо. Он давал мне свободу. А когда такое происходит, могу себя показать наилучшим образом.

— С ним не поддерживаете связь?

— Нет. Я просто поменял номер на турецкий и из-за этого потерял много контактов. Но и о Николиче не вспоминаю плохо. Когда мой трансфер случился, Марко позвонил мне, поздравил. И я у него, повторяю, многим вещам научился, в первую очередь связанным с обороной. Это помогло мне стать лучше как футболисту, более разносторонним. За это сейчас Шахин меня в клубе хвалит — что помогаю защите.

— С Фабио Челестини успели пересечься?

— Да. По-моему, две недели работал с командой при нем. И тренировки очень хорошие, мне понравились и они, и его идеи. Фабио сказал, что хочет, чтобы я остался. Но к тому времени уже решил уйти.

— А когда уезжали в Турцию, вариантов с топ-5 чемпионатов не было?

— Мог бы уехать и туда, но этого не случилось из-за санкций.

— Какой чемпионат сложнее — российский или турецкий?

— Думаю, оба одинаково трудные. Не могу сказать, что в Турции тяжелее играть, чем в России.

Игорь Рабинер