29-летний Рустамжон Ашурматов из иранского «Эстегляля», еще в прошлом году выступавший за казанский «Рубин», — один из самых опытных игроков сборной Узбекистана на чемпионате мира-2026. Их поколение с будущим капитаном и лучшим снайпером узбекской сборной в истории Элдором Шомуродовым в 2015 году дошло до четвертьфинала молодежного чемпионата мира (U-20), и из состава, обыгравшего тогда в ⅛ финала Австрию — 2:0, сейчас в США, Мексику и Канаду поехали пятеро. Помимо них двоих, еще Отабек Шукуров, Одилжон Хамробеков и Достонбек Хамдамов, который и сделал дубль в ворота австрийцев.
То поколение называли золотым, ему пророчили гораздо более раннее появление на чемпионате мира, но это произошло только сейчас, когда парням уже по 29−30. Звездой из них стал только Шомуродов, остальные проводят достойные рабочие карьеры. В том числе и отыгравший два сезона в Казани Ашурматов, племянник защитника сборной Узбекистана девяностых — нулевых Бахтиера Ашурматова, также немного поигравшего в России — за «Аланию», «Торпедо-Металлург» и «Крылья Советов». Поколению Ашурматова-старшего не удалось попасть на мировое первенство, но это сделал его племянник, с которым мы побеседовали в Атланте в отеле узбекской сборной.
Смотрел ЧМ-2006 и никак не мог подумать, что мы с Каннаваро поработаем вместе
— Чемпионат мира был для нас мечтой, и мы — шаг за шагом — все-таки пришли к ней. Эмоции — бомба, — говорит Ашурматов. — Рассказать такое очень тяжело. Все в душе, все внутри. Это надо чувствовать.
— У вас еще такая семейная история — то, до чего не дотянулся дядя, сделал племянник.
— Их поколение тоже очень старалось выйти на чемпионат мира, но не получилось. У них было много хороших футболистов, но не повезло. Нам повезло больше. Они нас всегда поддерживают, дядя мне постоянно пишет, рассказывает о своем опыте, обучает и помогает. Сюда он не приедет, будет смотреть чемпионат и болеть за нас дома. Вся страна 34 года ждала этого момента! И мы будем стараться по максимуму, чтобы оправдать их ожидания.
— Посчитал: когда ваш главный тренер Фабио Каннаваро выиграл чемпионат мира-2006 и был признан его лучшим игроком, вам было девять лет. Вы уже могли этот турнир смотреть.
— И я смотрел! Это был мой первый чемпионат мира. Не стану обманывать, в таком возрасте не следил персонально за Каннаваро, но видел, конечно, финал Италии с Францией. И никак не мог подумать, что мы с этим человеком поработаем вместе.
— Рассказывали ему, что это был ваш первый чемпионат мира?
— Нет. Мы с ним очень много общаемся, но на эту тему еще не говорили.
— Вообще, у итальянца много персонального общения с футболистами?
— Да. Он очень-очень много с нами разговаривает. Если честно, учитывая, что он иностранец, это стало неожиданным. И подчеркну, что Каннаваро разговаривает не только с лидерами, а со всеми, каждому уделяет внимание. В том числе и поэтому к работе с этим тренером адаптироваться было просто. Он всегда с каждым хочет общаться — и про футбол, и про жизнь.
— Вы ведь даже в интервью еще перед его назначением говорили, что хотели бы продолжить работу с Тимуром Кападзе, который «подхватил знамя» у серьезно заболевшего Сречко Катанеца и вывел команду на ЧМ-2026.
— Я так говорил, потому что с Каннаваро еще не был знаком, а видение футбола Кападзе знал. Он хорошо работал, у нас были позитивные отношения — поэтому и говорил, что хочу продолжать. Но это футбол, иногда так случается. Познакомились с Каннаваро, начали работать — и у нас все хорошо. Контакт сложился очень легко.
— Слышал, что при нем вообще атмосфера стала более раскованной, чем особенно при Катанеце.
— Да, тогда было намного жестче. Например, на завтрак и обед все должны были вместе и заходить, и выходить. Сейчас таких строгих ограничений нет, все намного спокойнее. У Каннаваро была большая карьера игрока, он очень много знает. Иногда включает жесткость на тренировках и во время игр, но в быту он намного спокойнее.
Луис Диас такой же человек, как и мы. У него две ноги, две руки
— Успокаивает ли Каннаваро вас со своим опытом, старается ли погасить нервозность у игроков, которые никогда не играли на чемпионатах мира?
— Мы ждали этого дня 34 года, и у нас сейчас нет никакой паники. Думаю, и с другим тренером бы не было. Мы уже сделали историю, поэтому сейчас чувствуем себя спокойно. Нам нечего терять, но будем стараться по максимуму, конечно. Какая разница — Колумбия, Португалия или, например, Бразилия?
— Но группа тяжелая. Товарищеский матч с Нидерландами (1:2 с решающим голом Гакпо с пенальти на 8-й добавленной минуте. — Прим. И. Р.) — повод для оптимизма?
— Мы не боимся — нам, наоборот, интересно с такими командами играть! Будем проверять себя, можем или нет. Надеюсь, получится еще лучше, чем с голландцами.
— В первом матче вам как защитнику предстоит противостоять такому монстру, как, например, Луис Диас из «Баварии».
— Он такой же человек, как и мы, у него две ноги, две руки. Он тоже может ошибаться, а мы — показать себя. Футбол все покажет!
— А как вам кажется, Португалия сейчас сильнее с Криштиану или без него?
— На данный момент, наверное, без.
— То есть хочется, чтобы он вышел в стартовом составе?
— Если честно, мне без разницы. Мы будем готовиться к обоим вариантам. И стараться сделать все, что от нас зависит.
— Выход из группы с третьего места, по-вашему, для Узбекистана возможен?
— Шанс есть и со второго. Почему нет? Я же говорю — это футбол, здесь все возможно. У нас хорошая команда, есть и молодые талантливые игроки, и «старики», опытные футболисты. Поэтому, конечно, можем.
— Желаю вам не зажаться от ответственности турнира и мыслей, что на вас смотрит весь мир.
— Спасибо, согласен! Это очень-очень важно. Если покажем свою игру, все будет хорошо.
— Озвучена ли какая-то официальная задача?
— Нет. Но внутри команды мы очень хотим выйти из группы.
Из Ирана улетел последним рейсом перед войной
— Аббос Файзуллаев рассказал мне, что чемпионату мира предшествовали очень тяжелые сборы.
— Очень тяжелые!
— Самые сложные в жизни?
— Можно и так сказать, наверное.
— У Рашида Рахимова в «Рубине» не было таких сборов?
— У него тоже было тяжело, но тут…
— И что было самое сложное?
— Интенсивность. Очень много бега, очень много скоростных упражнений. И без мяча, и с мячом. Все — на скорости. Пауз совсем мало.
— Уже чувствуете эффект?
— Да. С Нидерландами провел всю игру, но у меня оставался запас сил — мог сыграть еще.
— Насколько большая проблема, что в последние месяцы у вас из-за войны не было практики в чемпионате Ирана, где вы выступаете за «Эстегляль»?
— Первые два месяца было очень тяжело, потому что мы почти не тренировались (в одном клубе с Ашурматовым играет Машарипов, в других командах из Ирана выступают Урунов, Хамрабеков и Сергеев. — Прим. И. Р.). Но потом в Ташкент приехали наши тренеры-итальянцы, и мы начали работать. Шаг за шагом набрали физику, а потом с помощью товарищеских матчей и игровую форму. Сейчас все хорошо.
— Быстро ли удалось уехать из Ирана?
— После игры у нас было два дня отдыха, и я улетел в Дубай. После чего сразу и начались обстрелы. У меня был последний рейс перед войной, после этого аэропорты закрыли. Я успел.
— Ого. С кем-то из игроков, с которыми выступали за «Эстегляль», поддерживаете контакт?
— Да. Вот Дюкенс Назон выступает за Гаити. Они как раз сегодня играют (мы беседовали с Ашурматовым 13 июня. — Прим. И. Р.), я ему написал, пожелал удачи.
— Вообще, как бы оценили свой опыт в иранском чемпионате?
— И чемпионат хороший, и команда у нас — шли на первом месте. Да, неудачно сыграли в азиатской Лиге чемпионов, но в лиге все было в порядке. У меня еще с клубом контракт на год. Посмотрим, что будет в связи с войной.
— Можете сравнить чемпионаты России и Ирана?
— Конечно, чемпионат России намного сильнее.
— Ни разу не было сожаления, что решили из первого перейти во второй?
— Нет, почему? Мне нужна была игровая практика. В «Рубине» она была, но немного. Поэтому хотел попробовать себя в другом месте. И все шло по плану. До войны.
— Какие воспоминания остались о двух годах, которые вы провели в Казани?
— Даже почти о трех. Очень хорошие! Потому что у меня в Казани дочь родилась. Так что этот город для меня как второй дом. И коллектив у нас там сложился отличный. Ребята, тренеры — все очень дружные были. Если честно, скучаю. К сожалению, с тех пор как ушел, еще не был там ни разу.
— А с кем-то из той команды контакт поддерживаете?
— Со многими. Недавно общался с Ивановым, который закончил карьеру. Зотову написал. Но сюда, на чемпионат мира, пока еще никто мне не писал.
Однажды Хусанов может получить «Золотой мяч».
— Вы играете в обороне вместе с основным защитником «Манчестер Сити». Поражаетесь, как складывается его карьера — в этом сезоне он вошел в тройку лучших игроков такого клуба!
— Нет, не поражаюсь. Потому что я знал его еще в те времена, когда играл за основной состав «Бунедкора», а он был в академии. Тогда про такое его будущее не думал, но нормально отношусь к тому, что происходит. Более того, у него есть потенциал, чтобы стать еще сильнее. Желаю ему стать лучшим в Англии, в Европе, в мире.
— Он способен на это?
— Конечно. То, что мы видим сейчас, — не потолок. Он даже может получить «Золотой мяч». А по-настоящему поверил я в него еще до «Манчестер Сити» — когда он в «Лансе» был. Он там играл очень хорошо.
— Вы можете на поле ему «напихать»?
— Конечно, он же молодой, ха-ха. Но и он мне — тоже может! И я восприму это совершенно нормально. Потому что на поле все равны.
— То есть он не может огрызнуться: мол, я в «Манчестер Сити» играю, чего ты мне рассказываешь?
— Не-е-т, у него характер не такой. Нормальный, хороший парень. Очень скромный.
— Такой же, как с журналистами, которым он вообще интервью не дает?
— Не прямо такой же, но есть немного.
— В основной тройке центральных защитников сборной Узбекистана с Хусановым и вами играл Хусниддин Аликулов из турецкого «Ризеспора», но он из-за травмы чемпионат мира пропускает. Большая потеря?
— Очень большая. Нам будет его не хватать и как игрока, и как лидера. Конечно, хотелось бы здесь с ним сыграть. Я думал, что после выступления на чемпионате мира он уедет, как Хусанов, в одну из больших лиг Европы. Но, к сожалению, не получилось.
— Первый матч вы проведете на «Ацтеке». Знаете историю этого стадиона?
— Если честно, нет.
— Там Пеле становился чемпионом мира.
— А, слышал, слышал!
— А Диего Марадона на «Ацтеке» забивал рукой Англии, а потом обводил всю команду и закатывал мяч в ворота.
— О, и это там было?!
— Да. Этот стадион по мелочам не разменивается.
— Так что нам есть куда стремиться.
— Поздравляю с началом турнира. Вы уже — часть истории.
— Конечно!
Игорь Рабинер
