Вера Звонарева — представитель золотого поколения нашего женского тенниса. Только посмотрите на ее титулы: чемпионка 12 турниров WTA, победительница пяти турниров «Большого шлема» — трех в паре (два — в Нью-Йорке, один — в Мельбурне), двух в миксте, финалистка Уимблдона и US Open в одиночке, двукратная полуфиналистка Australian Open, двукратная обладательница Кубка Федераций в составе сборной России, бронзовый призер Олимпиады-2008 в одиночном разряде, когда весь пьедестал в Пекине составили россиянки — Елена Дементьева, Динара Сафина и Звонарева.
Но если коллеги Веры давно закончили карьеру, то Звонарева в 41 год продолжает показывать высокие результаты. В Мадриде россиянка воссоединилась с 38-летней немкой Лаурой Зигемунд, вместе с которой в 2020-м брала ни много ни мало — US Open, а в 2023-м — Итоговый, проходивший в том году в мексиканском Канкуне (в 38 лет Вера стала самой возрастной победительницей в истории этого турнира). В столице Испании опытная пара уже добралась до четвертьфинала, выбив первых сеяных — итальянок Сару Эррани и Жасмин Паолини. В интервью «Известиям» и «Спорт-Экспрессу» Звонарева рассказала о секрете своего спортивного долголетия и поделилась ближайшими планами.
«Стараюсь наслаждаться каждым матчем»
— Вера, с победой над первой сеяной парой турнира! Каково победить очень сильных итальянок, уступая им во втором сете 2:4 при уже проигранном первом?
— Спасибо! Да, матч получился тяжелый. Это пара, где более быстрое развитие событий, тут в любой момент всё может очень быстро поменяться. Мы и в первом сете проигрывали — 1:4, потом сравняли счет, но всё же уступили — 4:6. То есть чувствовали, что матч очень близкий, просто где-то не получалось забрать какие-то важные очки в гейме. Мне кажется, в концовке мы стали действовать чуть-чуть поактивнее и постабильнее. И это, конечно, помогло.
— Чувствуется, что вы очень мотивированы, вкладываетесь в каждый удар, очень мало ошибаетесь. Что вами сейчас движет? И как договорились с Лаурой Зигемунд, с которой вы многое прошли, что опять будете выступать вместе?
— Просто получаю удовольствие от каждого матча. Очень благодарна судьбе, что у меня есть работа, которая нравится. Да, где-то выигрываем, где-то — нет, но для спортсмена после долгой карьеры в моем возрасте, это, наверное, большая привилегия — иметь возможность еще выступать. Так что стараюсь наслаждаться каждым моментом, каждым матчем. И каких-то долгосрочных планов не строю.
Как объединились с Лаурой? Как-то так сложилась ситуация, что у нее тоже не было постоянной напарницы. Я вернулась после травмы, договорились на пару турниров, неплохо выступили, ну и решили пока продолжить от турнира к турниру. Каких-то длительных планов ни у меня, ни у нее нет, потому что она тоже уже немолодая спортсменка (38 лет. — Ред.). Получается здорово — заявляемся на следующий турнир.
— Одна из целей Новака Джоковича — поехать на Олимпиаду-2028 в Лос-Анджелес. Ваша тоже или так далеко не заглядываете?
— Так далеко не заглядываю.
— В этом году вы выигрывали матчи в одиночном разряде. Не хотели и здесь начать с квалификации? И вообще как вы рассматриваете сейчас одиночку?
— Одиночка на этом этапе карьеры для меня не приоритет. В силу того, что просто физически не смогу выступать на том уровне, на котором хочу. Опять же, могу неплохо отыграть один матч, но после нескольких операций мое тело уже не то. Просто не успеваю восстанавливаться к следующему. И понимаю, что даже если хорошо отыграю один матч, во втором уже начнутся проблемы.
Было бы здоровье — может быть, и да. Всё равно люблю эту игру и по возможности заявляюсь на турниры. У меня просто сейчас низкий рейтинг в одиночке, он мне не позволяет попадать на многие соревнования. Здесь, в Мадриде, я осталась первой в ауте на квалификацию. Где-то, если попадаю, пробую одиночные матчи. Если не попадаю — просто выступаю в паре.
«Дочка не любит играть со мной в теннис»
— Слышали, что вы сейчас тренируете. Как себя чувствуете в этой роли? Что она вам дает?
— Последние пару лет действительно тренировала, у меня были некоторые юниоры, дети от 9 до 15 лет. Какой-то определенный тренерский опыт для себя набрала, пыталась передать что-то молодому поколению. Мне кажется, это немножко другое, нежели у тех тренеров, которые работают в этой профессии уже долго. Мой — это опыт фактически еще действующего спортсмена. В общем и целом — мне нравится тренировать. Не знаю, что получилось или не получилось детям передать, но я честно старалась.
— Вашей собственной дочке Эвелине девять лет. Как у нее успехи на корте? И работает ли она с вами?
— Сразу скажу: со мной Эвелина не любит играть. Она занимается немного теннисом, немного плаванием. Всего по чуть-чуть. Если захочет, будет тренироваться больше, нет — станет чем-то еще заниматься.
— То есть как тренера вас совсем не воспринимает?
— Да, если я что-то начинаю говорить на тренировке, она категорически отвечает: «Нет, буду делать по-другому».
— А как себя чувствует ее тренер, когда ему подсказывает теннисистка с такими достижениями, как у вас?
— Это лучше у тренера спросить. Стараюсь делиться опытом, но прекрасно понимаю, что у каждого тренера, так же как и у каждого спортсмена, своя индивидуальность, свой подход. Могу со стороны сказать, как что-то вижу, дать какие-то рекомендации. Но дальше всё на усмотрение тренера — что применять, что нет. И не факт, что мои рекомендации важны для девятилетнего ребенка.
«Желаю Мирре огромной удачи»
— Как вас воспринимают молодые теннисистки, которые в дочки вам годятся, вроде Мирры Андреевой и Виктории Мбоко, которую вы вчера обыграли?
— Опять же — к ним вопрос. Когда я находилась в их возрасте и играла против соперниц, которые были намного старше меня, — всегда ими восхищалась и очень многому научилась у них.
— Почему ваше поколение российских теннисисток всё время побеждало и выходило в финалы турниров «Большого шлема», других соревнований топ-уровня, а новое поколение уже много лет на таких турнирах не побеждает?
— Бывают периоды, иногда много теннисистов из одной страны одновременно выстреливают, а в другие — поменьше. Для любой страны такие колебания нормальны. Но, мне кажется, у нас и сейчас тоже достаточно много молодых девчонок, которые очень неплохо выступают и которые в ближайшие годы смогут играть на последних стадиях «Большого шлема».
— Как видите развитие и перспективы Андреевой?
— Мы с Миррой выступали в паре, когда она только начинала, восходила. Мне кажется, несмотря на возраст, она уже достаточно опытный спортсмен. И видно, что тренируется, старается, совершенствуется. Это не очень просто. Когда ты новичок в туре, против тебя не знают, как играть — и иногда бывает, что первый год дается немножко легче, чем последующие. В целом считаю, что она отлично справляется с давлением, далеко проходит на турнирах, и желаю ей огромной удачи.
«Ближайшие планы — Рим и “Ролан Гаррос”
— За кого переживаете в соперничестве Арины Соболенко и Елены Рыбакиной? И можете ли сравнить уровень этого противостояния двух первых ракеток мира с тем, что раньше был между Сереной Уильямс и Марией Шараповой?
— Ой, не стала бы никого ни с кем сравнивать. Это очень сложно. Разные поколения, разный теннис. Все играют очень быстро, мощно, агрессивно. Честно, просто наслаждаюсь, когда смотрю эти матчи. Мне нравится их энергия, мне интересно смотреть эту борьбу. У них всегда очень интересные матчи.
— Поддерживаете ли отношения с вашим поколением теннисистов — Мыскиной, Дементьевой, Шараповой, Кузнецовой, Сафиной? И что они вам говорят по поводу продолжения вашей карьеры?
— Если честно, очень давно не виделась с девчонками. Но даже когда встречаемся, обычно про теннис не разговариваем.
— Какой у вас ближайший график турниров? И как после нескольких длительных пауз в карьере сейчас опять переживаете эти поездки, когда надолго отлучаетесь от семьи?
— Конечно, когда есть ребенок, всё немножко по-другому. Тем не менее это моя работа. И если она, как и любая другая, подразумевает командировки, отъезды, то я должна делать какой-то выбор. И мой таков: да, играть какие-то турниры, но приоритет всё-таки у семьи.
Если мы приходим к семейному консенсусу, что в такие-то моменты я могу позволить себе уезжать, — уезжаю. Если в какой-то момент по семейным обстоятельствам не смогу путешествовать, то не буду этого делать. Пока получалось, но понятно, что это непросто. А мои ближайшие планы — это Рим и «Ролан Гаррос».
Игорь Рабинер
