МОСКВА, 25 янв — РИА Новости. Четырнадцатый чемпион мира Владимир Крамник призвал Международную шахматную федерацию (FIDE) установить более строгие правила допинг-контроля для игроков после смерти американского гроссмейстера Даниэля Народицкого.
О смерти Народицкого стало известно 20 октября, он скончался в возрасте 29 лет. Как сообщило TMZ со ссылкой на управление главного медицинского эксперта Северной Каролины, шахматист умер в результате случайного отравления несколькими видами наркотиков. До произошедшего Крамник выражал обеспокоенность состоянием американца, написав в соцсетях, что Народицкий использует «нечто совсем большее, чем просто снотворное». Крамник публично призвал близких шахматиста вмешаться, а позже сообщил, что записи с трансляций были удалены для защиты репутации американца. Комиссия по этике FIDE пообещала рассмотреть заявления Крамника, сделанные им до и после смерти Народицкого.
В субботу Крамник опубликовал в соцсети Х письмо, в котором он указывает на исследование количества игрового времени Народицкого. В частности, отмечается, что американец с 1 января 2023 года по 31 октября 2024 года сыграл 18 274 блиц-партии с контролями 3+0 или 3+1, что на 10 тысяч больше, чем у Хикару Накамуры, ставшего вторым по количеству игр за этот срок. Некоторые игровые сессии с минимальными перерывами составляли по 20 и 27 часов. 30 июня 2024 года Народицкий без учета двухчасового перерыва на комментирование юношеского турнира играл более 34 часов.
«Давайте наконец перестанем делать вид, что такие безумные сессии физически возможны без дополнительной поддержки организма — даже для молодого и здорового мужчины, особенно с учетом высокого уровня соперников. Все наше “шахматное сообщество” предпочло закрыть глаза на этот тревожный отчет, продолжая выражать восхищение “самоотдачей” и “любовью к шахматам” Даниэля, что, я считаю, действительно было правдой. Моя публичная попытка указать на очевидную абсурдность этих объяснений была в очередной раз обозначена как личная атака, и история быстро была “убрана под ковер”. При более внимательном просмотре некоторых его стримов можно заметить, что Даниэль, помимо старых симптомов, в ряде случаев вел себя так, будто находился в легком алкогольном опьянении. Теперь мы можем предположить, что это могло быть чем-то иным, нежели алкоголь», — написал Крамник.
Гроссмейстер отмечает, что в день трагедии Народицкий также играл продолжительное время, до ночи общался с основателем шахматного центра Шарлотт Питером Джаннатосом и украинским шахматистом и стримером Александром Бортником, которые изъяли у него таблетки эйфоретика, после чего тот сыграл без перерыва на сон на коммерческом турнире.
«Армия специально выращенных, финансово аффилированных инфлюенсеров готова выполнить работу, “объясняя” публике, что думать, а шахматным деятелям — что можно и чего нельзя говорить. При этом заметна тенденция “заметать под ковер” все проблемы и начинать медийные атаки на тех, кто не согласен с такой “армейской дисциплиной”. Я считаю, что этот “новый порядок” частично ответственен за произошедшее. Людей, похоже, больше волновало сокрытие проблем Даниэля от общественности, чем помощь ему в их решении — даже ценой неудобной публичности. Я твердо убежден, что такая практика и отношение, установившиеся в шахматном мире в последнее время, нездоровы и должны измениться», — подчеркивает Крамник.
«Я глубоко убежден, что трагедия Даниэля должна стать поворотным моментом в установлении гораздо более строгих правил допинг-контроля в шахматах и во всех других киберспортивных дисциплинах. Я призываю FIDE изменить практику проведения допинг-тестов раз в год на крупных турнирах и рассмотреть внедрение тестов по образцу других видов спорта — например, внезапных проверок на дому в любой момент времени. Контроль времени становится все короче, а значит, скорость мышления и реакции играют все большую роль в успехе. Запрещенные стимуляторы в таких условиях дают значительное конкурентное преимущество. Это реальность, с которой мы должны столкнуться, вместо того чтобы замалчивать проблему, и принять меры. Если мы хотим честной конкуренции и действительно заботимся о благополучии шахматистов», — заключил он.
