«Чувствую себя как птица»
Более 400 человек собралось на ежегодном заседании Американского альпинистского клуба в Сиэтле. Все ждали главного героя — русского альпиниста Анатолия Букреева. За спасение граждан США во время восхождения на Эверест ему присудили высшую награду, медаль Дэвида Соулса. Но приехать на церемонию он не смог, горы не отпускали. Букреев обратился к собравшимся с обращением из Непала. Характерно кратким, абсолютно в стиле Анатолия.
«Я благодарен членам вашего клуба за понимание и терпимость по отношению к человеку другой культуры». Аплодисменты сотен американцев не стихали несколько минут.
Букреев готовился к восхождению по южной стене Аннапурны I — десятого по высоте восьмитысячника мира и первого из четырнадцати, который покорился человеку. Маршрут запланировали сложнейший. Все, как любил Анатолий. «Честно говоря, я не помню, чтобы испытывал страх в горах. Наоборот, я чувствую себя как птица, которая перед полетом расправляет крылья. Я всей душой ощущаю свободу, которую дарит людям высота», — признавался альпинист в одном из интервью.
Напарником Букреева стал один из лучших итальянских альпинистов-высотников — Симоне Моро. Они дружили с 1996 года после совместной экспедиции на Шишапангму.
«Букреев не был болтуном, да и его английский оставлял желать лучшего, — вспоминал Моро в книге “Моя жизнь в горах”. — Но, по всей видимости, мы испытывали друг к другу такую симпатию, что даже лингвистические трудности не стали помехой. Мы говорили обо всем. Он был человеком другой эпохи. И я понимал, что с ним можно сделать очень интересные восхождения. Профессиональные высотники очень уважали Букреева, а он был очень харизматичным, при этом совершенно не кичился своими достижениями».
Также в команду взяли Дмитрия Соболева, оператора, который должен был снимать на пленку хронику покорения вершины. После прибытия в базовый лагерь первоначальные планы пришлось изменить. В Гималаях за три недели выпало около четырех метров снега, и было принято решение штурмовать вершину по восточной стене.
Льдина размером с дом
Альпинисты не стали брать с собой средства связи, хотели взойти на Аннапурну I налегке. «В чистом стиле», — отмечал Моро. По плану с первого высотного лагеря на высоте 5200 метров они должны были подняться на гребень, и уже по нему выйти на вершину. Казалось, что, учитывая погодные катаклизмы, этот путь будет наименее лавиноопасным. Да, сил и времени понадобилось бы в разы больше. Но рисковать не хотел никто.
Штурм запланировали на рождественское утро, 25 декабря 1997 года. Настроение в команде было отличным, Букреев шутил и буквально рвался в бой. Первым шел Симоне, чуть поодаль — Анатолий и Дмитрий. Но после выхода на высоту 5950 метров случилось страшное. Раздался жуткий грохот, и последнее, что увидел Моро, была глыба льда, «размером с дом», которая летела на него с огромной скоростью.
Он успел лишь выкрикнуть имя друга: «Анатолий!». Дальше — зловещая тишина. Как оказалось, Симоне пролетел около 800 метров. Итальянец потерял сознание и некоторое время пролежал наполовину погребенный под снегом. Моро позже вспоминал о том, что произошло, когда он пришел в себя: «Я не видел одним глазом, мои руки были разрезаны до костей, одежда была изорвана в клочья. Я звал Анатолия и Дмитрия, но они не отвечали. Ходил по лавинному выносу 15 минут, но не услышал от них ни звука».
Действительно, кожа на его ладонях была буквально срезана веревкой до сухожилий. Следов друзей найти он так и не смог. Моро отправили в Катманду для оказания медицинской помощи. Когда весть о трагедии дошла до США, Линда Уайли, подруга Букреева, сразу же вылетела в Непал. Близкие Анатолия не теряли надежды, что еще не все потеряно.
Спасатели на протяжении нескольких дней пытались добраться до первого высотного лагеря на вертолете, но погода не позволяла осуществить высадку. Только 3 января группе казахских высотников удалось пробиться к стоянке. Но и они не смогли обнаружить пропавших коллег. «Это конец. Больше надеяться не на что», — написала Вестону ДеУолту Линда Уайли.
«Из этой проклятой экспедиции живым вернулся только я, — сокрушался Моро. — Это самая большая трагедия моей жизни. Анатолий погиб у меня на глазах, а мне позволили выжить».
Весной была предпринята еще одна попытка обнаружить тела Букреева и Соболева. Вновь безрезультатно. Спустя год Уайли установила у подножия Аннапурны I мемориальную плиту с цитатами из дневников Букреева. Также она организовала фонд его памяти, целью которого была помощь молодым альпинистам.
«Он был моим самым большим и самым лучшим другом — пусть даже мы и провели вместе всего 15 месяцев, — рассказывал Моро в интервью Нине Леонтьевой. — Очень глубокий человек. Он был мне братом, наставником, другом, невероятно масштабной, но скромной личностью. Он был Гигантом. Скромным гигантом. Он был первозданной и совершенной “машиной”, способной выживать в самых жестоких условиях. Сильный, как “Бульдозер”. Очень чистый человек».
