Оглушительной сенсацией закончился мужской олимпийский турнир фигуристов. Как казахстанец Михаил Шайдоров под руководством российского тренера Алексея Урманова сумел обыграть всех фаворитов, в том числе непобедимого Илью Малинина, и почему россиянин Петр Гуменник должен был подняться на пьедестал — в материале корреспондента РИА Новости.
Отрезвление после эйфории
Вот и сбылось то, о чем все фанаты фигурного катания так долго мечтали. Впервые с Олимпийских игр 2022 года в Пекине представитель нашего фигурного катания выступил на топовом международном турнире и сразился со всей мировой элитой.
Весь этот год с небольшим, прошедший после решения Международного союза конькобежцев (ISU) об очень ограниченном допуске россиян к олимпийской квалификации — куда, кроме Гуменника попала только Аделия Петросян — шли споры на тему того, должна ли были наша сторона соглашаться на те драконовские условия, которые выставили чиновники из международной федерации. Ведь до Олимпиады россиянам разрешили выступить только на одном отборочном турнире в Пекине. Где ни одного реального соперника у Гуменника не было — сильнейшие квалифицировались еще на чемпионате мира прошлого сезона.
Но слишком хотелось нашему фигурнокатательному сообществу вернуться на международную арену хоть на каких-нибудь условиях. До сих пор вспоминается та эйфория, которая царила в декабре 2024 года на чемпионате России, по ходу которого подоспело объявление ISU… Но потом наступило отрезвление. С которым мы беспомощно смотрели, как вся мировая элита в олимпийском сезоне выступает в Гран-при, чемпионатах Европы, Четырех континентах… Шлифует программы на глазах у судей, набирает рейтинг. А российские фигуристы параллельно продолжали вариться в собственном соку.
Наши судьи на протяжении всего срока отстранения, как могли, поддерживали их, отсыпая фантастические баллы без оглядки на международные соревнования. Эксперты предупреждали: услуга может оказаться «медвежьей», поскольку после возвращения мы такой щедрости не дождемся. И реальность будет болезненной. Бесполезно — тот же Гуменник на чемпионате России этого сезона в Санкт-Петербурге за произвольную программу с пятью четверными прыжками, недокрутом на тройном акселе и двойном лутце вместо тройного получил космические 201,18 балла.
Уже в короткой программе на Олимпиаде Петр вернулся из космоса на бренную землю. За компоненты, то есть то, что раньше называли артистизмом, наш фигурист получил от иностранных арбитров столько, сколько на чемпионате России наши судьи дали Артему Ковалеву и Григорию Федорову — если, конечно, читатель, включающий телевизор на фигурном катании раз в четыре года, знает, кто это такие. 12-е промежуточное место не лишало Гуменника теоретических шансов на награды — конечно, при чистом исполнении его «пятиквадки», в произвольной которую он накатывал весь сезон. Но надежды на то, что арбитры оценят российского фигуриста по достоинству, было мало.
А где достойные компоненты?
Гуменник катался в произвольной программе под свою музыку из «Онегина», а не замененную за пару дней до старта, как в короткой. И пять четверных прыжков — флип, лутц, риттбергер и два сальхова — исполнил безупречно. И зал поднял, удостоившись громогласных оваций. Бесполезно. Техническая бригада к чему смогла, придралась — высмотрела недокруты, понизила уровень одного из вращений. Ну, а компоненты так и не выросли, несмотря на то, что Петр выступал не под первым стартовым номером, как два дня назад, а в предпоследней группе участников. За произвольный прокат, который на территории России заслуживал бы 200 с лишним баллов, наш фигурист в Милане получил только 184,49.
На самом деле, «только» должно быть в кавычках. С учетом реалий самого субъективного, наверное, вида спорта в мире, живущего, если называть вещи своими именами, не по законам, а по понятиям, это баллы очень приличные. Выше они могли бы быть только при наличии «стажа», заслуг, своего судьи на Олимпиаде и прочих факторов, которыми Гуменник по определению — а, точнее, по решению ISU — обладать здесь не мог.
Но все равно — очень обидно было смотреть, как Гуменника начали обходить спортсмены, которых он при должном судействе в Милане бы обыграл. Канадец Стивен Гоголев с тремя четверными — причем самыми простыми из всех, тулупом и сальховом. Японец Сюн Сато — также с тремя квадами. Кореец Чжа Чжун Хван, сделавший только один четверной, а со второго вмазавшийся в мягкий, спасибо шорт-треку, борт — и того поставили выше Петра!
Первым, кто обошел россиянина по делу, стал Михаил Шайдоров, шедший после короткой программы пятым. Казахстанец, тренирующийся в Сочи у Алексея Урманова, тоже не особо рассчитывает на благосклонность арбитров — баллы ему приходится выгрызать зубами. Михаил это сделал — четыре четверных прыжка и в целом почти безупречный прокат позволили ему набрать почти 200 баллов. Когда фигурист и его тренер в «кисс-энд-край» увидели эти оценки, их эмоциям не было предела — из глаз Михаила брызнули слезы, а Алексей Евгеньевич, первый олимпийский чемпион в мужском одиночном катании в истории современной России, удержал их, как показалось, неимоверным усилием воли.
Глаза Малинина — глаза Валиевой
Реализация в явь мысли «ну пусть медаль возьмет если не наш, то казахстанец» теперь зависела от финальной четверки. Первый из них — итальянец Даниэль Грассль — откатался на деревянных ногах и не сделал почти ничего. Второй — француз Адам Сяо Хим Фа — вышел на ногах пластилиновых и исполнил еще меньше. Оба в итоговой таблице оказались позади не то что Шайдорова, но и Гуменника.
Ну, а битвы за золото, которая забрезжила после короткой программы командного турнира, в которой Юма Кагияма обыграл могучего Илью Малинина, не произошло. Японец, на удивление многим, вышел на лед на дрожащих ногах и наделал массу ошибок. По-хорошему и Кагияма должен был откатиться за Гуменника. И так бы, бесспорно, произошло, выступай россиянин в равных условиях с конкурентами. Но арбитры Юму пожалели и поставили его вторым — а это значило, что Шайдоров обеспечивал себе как минимум серебро.
Выступавший последним главный фаворит Олимпиады, которому почти все повесили золото еще до начала Игр, неожиданно для себя столкнулся с ситуацией, в которой победу ему обеспечивал прокат вполсилы. Даже в одну треть силы, говоря откровенно — Малинин мог сделать чисто два заявленных четверных, а остальные — тройные. Многие со знанием дела говорили, что Олимпийские игры — соревнование особенное, что с его напряжением не справляются величайшие. Но в то, что такого испытания не выдержит человек, побивший в последние годы все возможные рекорды, не верилось.
И все же это произошло. На глазах миланской арены и многомиллионной телеаудитории Малинин сделал три четверных — но все остальное завалил напрочь. Взгляд Ильи после окончания проката напомнил глаза Камилы Валиевой четырехлетней давности — когда она, не выдержав давления иного рода, сорвала произвольную программу в Пекине точно так же будучи тысячепроцентным фаворитом. Малинин в итоге остался только восьмым — развязка, которую не мог представить вообще никто.
Итог Олимпиады для Гуменника — шестое место, которое при должном судействе просто обязано было оказаться призовым. Но настоящий повод для радости всей России — победа Урманова теперь уже как тренера со своим казахстанским учеником. Наши на этой Олимпиаде в любом случае — с золотом!
