Евгения Медведева: Как сейчас твое здоровье? Я так понимаю, продолжается все-таки реабилитация, несмотря на то, что ты уже входишь в форму. Впереди четверные прыжки, насколько я знаю, для этого нужно еще подукрепиться. Расскажи про свое текущее состояние здоровья: на какой стадии ты сейчас находишься и какой у тебя дальнейший план — усложняться или, может быть, пока что остаться на том же уровне?
Двоеглазова: Сейчас все хорошо, но мне хочется больше, больше, больше. Меня иногда останавливают, потому что я начинаю музыку катать, катать, катать. Мне говорят: «Подожди, нагрузку надо распределять». Но я все равно опираюсь на себя, на свои ощущения. Главное, чтобы все спокойненько было. И если что, там всегда скажут.
Медведева: Какие ощущения сейчас?
Двоеглазова: Нормальные ощущения. Все нормально, да.
Станислава Константинова: Расскажи про свою травму, сколько ты пропустила, для наших зрителей, может быть, кто не знает, как-то про свое восстановление.
Двоеглазова: Получается, где-то месяц просто пролежала. Потом еще недели две или три я ходила на костылях. И потом начала посещать занятия ЛФК. Где-то через полтора месяца начала ходить на ЛФК. Уже на каток прям, на своих ногах.
Но было больно ходить где-то еще месяца полтора. Три месяца я восстанавливала просто базовые потребности человека обычного. Потом потихоньку, но сначала мне как-то все это не нравилось. Вся в себе, как будто на меня какой-то ком свалился.
Медведева: Это физически тяжело просто обратно восстанавливаться?
Двоеглазова: Я думаю, да, но меня как-то и морально все задолбало в один момент, и физически. Но потом я, можно сказать, обратилась за помощью к Этери Георгиевне [Тутберидзе], мы с ней поговорили, обсудили, и потихоньку снова этот огонек в глазах начал появляться.
Анастасия Скопцова: А что сказала Этери Георгиевна такого, что вы нашли силы?
Алексей Ягудин: Это был диалог или монолог?
Двоеглазова: Диалог. Это была моя инициатива. И я думаю, что мы еще больше сблизились с ней, чем раньше. Сейчас мне проще тренироваться, работать и коммуницировать с ней.
Константинова: Ты в недавнем интервью говорила, что в целом у тебя с зимы ментальное состояние было не очень, и ты как раз-таки очень сильно ощущала, что твои ожидания не реализовались в прошлом сезоне.
Двоеглазова: Да, я как-то сама на себя, мне кажется, еще тоже надавила. Как-то и обида, и злость, и все в одно у меня, в этот ком все свернулось и на меня обрушилось. Можно сказать, что я сама себя в эту яму зарыла, но просто было обидно, потому что очень хотелось мне показать чистый прокат.
Медведева: Чтобы выбраться из этой ямы, всегда нужно окружать себя правильными людьми. Но не только тренеры, не только родители тебя могут вытащить из этого состояния. Мне, например, очень помогают друзья. Я видела, что у вас много общих роликов с Дашей Садковой, с Соней Акатьевой. Расскажи, участвовали ли они как-то в твоем восстановлении ментальном? Потому что когда друзья рядом, все равно это другое. Мама — это одно, тренер — другое. Все равно это разная ответственность. С подружками иначе.
Двоеглазова: Ну да, ты себя более свободно чувствуешь. Родители, конечно, меня тоже очень поддерживали, но я тоже переживала. Думаю, сейчас я это скажу — мама еще больше будет переживать. Но так получилось, что пока я сидела, я как-то от всех закрылась. Мне нужно было, наверное, это время побыть одной. Мы, конечно, были на связи, но особо ни с кем я не общалась. Мне нужно было прям одной побыть.
Скопцова: Ты сказала, что за все время твоего восстановления в основном ты общалась только с одним человеком.
Двоеглазова: Нет, я вам не скажу. Это личное, да.
Двоеглазова о травме, полученной на шоу: «Я заходила на четверной тулуп, и в момент, когда оттягивала ногу назад, у меня оторвался кусочек кости».