Переход капитана «Локомотива» Дмитрия Баринова в ЦСКА стал одним из самых громких трансферов последних лет в российском футболе. «СЭ» поговорил с представителем полузащитника Владимиром Кузьмичевым о том, почему 29-летний футболист решился на смену клуба.
Предложили контракт с понижением на 40 процентов
— Несмотря на все слухи, переход Баринова в ЦСКА зимой стал для многих неожиданностью. Почему же он все-таки состоялся?
— Решение было принято, когда клуб фактически выставил Дмитрия на трансфер. Генеральным директором еще был Владимир Леонченко. Уже велись переговоры с ЦСКА, и в какой-то момент сумма перехода даже была согласована. Однако в последний момент «Локомотив» изменил решение и сообщил Дмитрию, что ему предложат новый контракт — как минимум на прежних условиях. Но слово не сдержал: в итоге контракт предложили с понижением зарплаты на?40?процентов. Именно из-за такого отношения клуба к Дмитрию и было принято решение о переходе в другую команду.
— Дмитрий не раз говорил, что хотел бы попробовать себя в Европе. Почему в итоге был выбран ЦСКА?
— Когда шел разговор о трансфере, предложение от ЦСКА оказалось самым интересным — прежде всего в спортивном плане. Подход армейского клуба в целом показался нам наиболее профессиональным. Поэтому в зимнюю паузу, принимая решение, мы в качестве приоритета рассматривали именно ЦСКА.
— Сообщалось, что Борис Ротенберг, став генеральным директором клуба, пытался исправить ситуацию и сохранить Дмитрия в команде. Это действительно так?
— Да, Борис Борисович сразу активно включился в работу. Было сделано адекватное предложение — в отличие от того, что поступало от Владимира Леонченко ранее. Однако точка невозврата уже была пройдена.
Дело не в деньгах, а в отношении клуба в той ситуации. Менеджмент может меняться, но, как нам показалось, высшее руководство должно было проявить больше внимания к этому вопросу. Особенно с учетом того, что Дима — не просто игрок, а воспитанник и капитан команды. Когда мы общались с Борисом Борисовичем, решение уже было окончательно принято, и изменить его было невозможно. Еще раз подчеркну: финансовый аспект здесь не был ключевым.
— Действительно ли тогда предлагался контракт на лучших условиях в клубе?
— Думаю, что действующий контракт Дмитрия и так был одним из самых высоких, и, на наш взгляд, это было вполне заслуженно. Что касается нового предложения, то формально оно могло стать самым большим в клубе. Однако суть вопроса заключалась не в цифрах.
Переход в ЦСКА дает возможность побороться за трофеи на новом уровне
— Какова мотивация у Дмитрия в ЦСКА? Для армейцев это выглядит как начало серьезной борьбы за чемпионство.
— Для Димы это прежде всего новый вызов. Всю свою профессиональную карьеру он провел в одном клубе, и теперь у него появляется шанс подтвердить свой класс в новом коллективе.
ЦСКА — клуб с традициями и амбициями: он неизменно ставит перед собой самые высокие цели. Играть в такой команде — это естественная мотивация для любого футболиста, ведь это побуждает выжимать максимум из своих возможностей, расти и развиваться. Кроме того, переход в ЦСКА дает Дмитрию возможность побороться за трофеи на новом уровне и внести свой вклад в успехи клуба. Для игрока с его опытом и лидерскими качествами это — значимый этап карьеры, где можно не только подтвердить статус, но и открыть для себя новые профессиональные горизонты.
— «Локомотив» не принимал первые предложения ЦСКА по трансферу. Была ли вероятность, что Баринов останется до лета?
— Такая вероятность действительно существовала. Однако стоит отметить профессиональный подход обоих клубов к решению этого вопроса. Важно подчеркнуть уважительное отношение сторон друг к другу.
Несмотря на всевозможные комментарии и инсайды, которые появлялись в публичном пространстве, клубы вели переговоры в спокойной, деловой манере. В итоге им удалось прийти к взаимовыгодному соглашению, которое устроило все заинтересованные стороны.
— Писали, что сделка согласовывалась на самом высоком уровне — между Максимом Орешкиным со стороны ЦСКА и Олегом Белозеровым со стороны «Локомотива». Это правда?
— Мне сложно дать точный ответ на этот вопрос. Вероятно, прокомментировать ситуацию могли бы сами руководители клубов — если сочтут это уместным. Нас в детали подобных переговоров не посвящали. Мы достоверно знали лишь то, что клубы ведут диалог — вопреки многочисленным противоречивым инсайдам, появлявшимся в публичном пространстве. А на каком именно уровне принимались ключевые решения, мне неизвестно.
— Как вы считаете, в каких отношениях с «Локо» Баринов уходит из клуба?
— Если говорить о партнерах по команде, то они в курсе решения Дмитрия — отношения в коллективе остались хорошими. Большинство ребят отнеслись к его переходу с пониманием.
— А как отреагировал тренерский штаб?
— Лично я с Михаилом Михайловичем Галактионовым по этому поводу не общался. Но могу предположить: потеря одного из ключевых футболистов, капитана команды и проводника тренерских идей, безусловно, создает дополнительные сложности. Очевидно, что замена игрока такого уровня — непростая задача. Скорее всего, Михаил Михайлович не мог радоваться уходу Димы. Однако, насколько мне известно, он с уважением отнесся к решению футболиста и пожелал ему успехов в дальнейшей карьере.
— Уже не в первый раз «Локомотив» не может продлить своего воспитанника. Летом 2024 года, например, команду по той же причине покидал Антон Миранчук. Видите ли вы в этом проблему?
— Безусловно, такая тенденция настораживает. Особенно когда речь идет о футболистах, прошедших весь путь в системе клуба: академию, молодежную команду, «двойку» — и добившихся с «Локомотивом» серьезных результатов.
Эти игроки — не просто исполнители. Они впитали клубные ценности, сформировались как профессионалы именно в «Локомотиве», и болельщики относятся к ним по-особенному. Это создает дополнительную эмоциональную связь, которую сложно переоценить.
На мой взгляд, к таким футболистам нужно подходить с особым вниманием. Важно не только оценивать их текущую игровую ценность, но и учитывать вклад в историю клуба, их роль в формировании командного духа и преемственности поколений. Проблема, как мне кажется, лежит в плоскости стратегии. Клуб с сильной академией обязан выстраивать долгосрочные отношения с выпускниками — заранее прорабатывать условия продления контрактов, находить баланс между финансовыми возможностями и ожиданиями игрока, демонстрировать уважение к тем, кто отдал годы клубу и помог ему добиваться успехов.
Если этого не делать, есть риск потерять не только конкретных футболистов, но и саму идею «родного клуба» — ту самую ценность, которая делает команду больше чем просто набором исполнителей.
— У Дмитрия есть авторитет в российском футболе, но понимает ли он, что в новой команде все нужно доказывать заново?
— Безусловно, Дмитрий осознает: переход в ЦСКА — это новый этап, где ничто не гарантировано автоматически. Конкуренция в команде высокая, и место в стартовом составе придется завоевывать упорной работой на тренировках и убедительными выступлениями в матчах.
При этом он абсолютно уверен в своих силах и готов к вызову. Дмитрий — игрок с сильным характером и профессиональным отношением к делу. Он прекрасно понимает: чтобы закрепиться в составе топ-клуба, нужно ежедневно доказывать свою ценность на тренировках, адаптироваться к требованиям тренерского штаба и особенностям командной игры, выдерживать высокий уровень конкуренции с другими футболистами.
Я убежден, что Дмитрий покажет свои лучшие качества — лидерские навыки, игровой интеллект и самоотдачу. У него есть все, чтобы не просто влиться в коллектив, но и завоевать место в основе, став важным звеном команды.
Дмитрий Барулев
