Когда мы обыграли «Арсенал», Венгера спросили про поле. Он ответил: «Оно было одинаково для обеих команд»
Артем Беглов: После встреч с Никарагуа и Чили с удивлением прочитал материал, где автор призывает всех поверить, что «Карпин и сборная в кризисе». А еще называет ее игру «нудятиной», считая, что «в таком виде лучше никуда не возвращаться». Словом страха нагнал — мама не горюй! А как вы, Олег Иванович, относитесь к подобным заявлениям?
— Известно, что у нас в футболе, как и в сельском хозяйстве, разбираются все. А здесь видно — болит у человека душа за сборную! За то, как все у нее плохо — костяка нет, игра «нудятина» с «тягомотиной», а тренер «просто опустошен». Словом, как пел Владимир Семенович, — все не так, ребята!
Только я никак не пойму, о каком кризисе может идти речь у команды, оказавшейся в изоляции от международных турниров. На мой взгляд, кризис сборной состоит в том, что ждать возвращения в мировой футбол она вынуждена, пребывая в полной неопределенности. И, зная это, все-таки находятся те, кто не прочь завести старую песню про то, что «она играет не поймешь для кого», об «игрушечных матчах», о «потемкинском футболе». Да еще заявляют, что «в таком виде ей лучше никуда не выходить». Хотя и выражают робкую надежду, что Карпин все-таки постарается «что-то исправить».
При этом сам Валерий Георгиевич постоянно говорит, что главное для него в этой пока тупиковой ситуации — выстраивание команды будущего. Той, для которой вновь откроется дверь в большую игру. А я могу только представить, насколько сложно Карпину работать со сборной, которая находится в листе ожидания больших турниров. Ведь через подобное испытание у нас еще не проходил ни один тренер. И выстоять, не потерять себя здесь можно, только если чувствуешь поддержку и веру своей страны.
Вспомните, какой вал критики и неверия обрушился перед домашним чемпионатом мира. Как, пережив его и став крепче, команда подарила нам красивый, отчаянный футбол и надежду на будущее. Еще раз подтвердив — вместе мы сильнее!
Лев Дорохов: С удовольствием читаю в «СЭ» «Летопись Акселя Вартаняна», наполненную ощущением праздника, которым жил футбол того времени, а также люди, делавшие его таким. Сейчас же все больше пишут об игровых схемах, «автобусах» в обороне, считают технико-тактические действия вингеров и опорников. А еще — деньги в контрактах футболистов и штрафы наказанных тренеров. Не кажется ли вам, Олег Иванович, что футбол тех времен был романтичнее нынешнего, в дверь которого уже настойчиво стучится искусственный интеллект?
— Начну с искусственного интеллекта, который, говорят, уже и музыку пишет со стихами, и еду по домам развозит… То ли еще будет! Того гляди и в футболе объявится со своими цифровыми анализами игры, давая совет нашему брату, кого ему ставить в состав, а кого придержать на лавке. Да и до агентов доберется с контрактами и деньгами. Но и без этого, уважаемый Лев, футбол становится все более прагматичным. Тот, в котором начинал я, действительно дышал атмосферой праздника. Потому что те, кто приходил в него, были влюблены в футбол, передавая радость игры болельщикам. В этом плане «Спартак» был для меня эталоном. Именно в нем я познакомился с великими братьями Старостиными, Симоняном, Бесковым, открывшими для меня путь в большую игру и тренерскую профессию. Это настоящие романтики своего дела. Мне рассказывали, что был период, когда «Спартак», отправляясь на очередной матч из Тарасовки, ехал в Москву на электричке. А на Казанском вокзале пересаживался в клубный автобус, который вез в Лужники. И главным для каждого, кто выходил на поле в красно-белой майке, считалась не просто победа, а то, какой игрой она добывалась. И до финального свистка помнили, что играют для тех, кто сидит на трибунах, — для болельщиков! Чувствуя это, народ валом шел на стадион, надевая, как в театр, самое лучшее из своего гардероба. Да и билеты на матч порой было не достать. С гордостью вспоминаю еще то время, когда на выездные матчи «Спартака» выбирались целыми семьями с детьми. И мы очень дорожили такой любовью. Все это и рождало незабываемый праздник футбола!
Не хочу выглядеть ворчуном, говоря, что многое сегодня изменилось и в самом футболе, и в тех, кому он небезразличен. Скажу лишь одно: каждому поколению свое время.
Давид Розман: Не раз приходилось слышать жалобы клубов, что в Оренбурге им приходится играть на искусственном поле. В чем здесь причина для недовольства? Ведь, мне кажется, это лучше, чем выходить на плохой натуральный газон, с которым порой еще можно столкнуться в чемпионате.
— Вы не зря, сравнивая искусственное поле с плохим естественным, сказали, что вам кажется. Думаю, что так считают многие болельщики. Скажу лишь, что игра на искусственном покрытии требует от футболиста определенной перестройки. На нем и мяч двигается быстрее, и его отскок менее предсказуем, и резкое торможение футболиста более опасно. А с учетом погодных условий перечень подобных неудобств можно продолжать. Да и риск получения травм в непогоду гораздо выше. Есть даже футболисты, кому врачи после серьезных травм не рекомендуют играть на таких газонах. Помню, в «Динамо» это было категорически запрещено португальцу Дерлею. А вот в «Спартаке» мне повезло, что таких футболистов в составе не было. Еще один важный момент, который нельзя не учитывать, — это то, что команда, принимающая соперников на искусственном поле, уже привыкла к нему, а гостям приходиться под такой газон подстраивается. Конечно, это не гарантирует хозяевам какого-то преимущества, но определенные неудобства оппоненту точно доставляет. И если тот проигрывает, то среди прочих причин неудачи обязательно назовет непривычное покрытие. Вспоминаю, как в советские времена по весне после матчей по колени в грязи было непросто сражаться на зеленых полях в Тбилиси, Ереване, Баку или Ташкенте. И здесь мне вспоминается, как после матча «Спартака» с «Арсеналом», проходившего в «Лужниках» в минусовую температуру, Арсен Венгер, отвечая на вопрос, какую роль в поражении его команды сыграло промерзшее поле, коротко сказал: «Оно было одинаково для обеих команд».
Вот, уважаемый Давид, и ответ на ваш вопрос.
Уход Тюкавина и Батракова станет потерей для «Динамо» и «Локо»
Роман Хорин: Как оцените решение Карседо заменить перед серией пенальти с «Зенитом» отлично сыгравшего Максименко на Помазуна? Насколько был оправдан такой риск?
— Начну с того, что тренерская профессия — это постоянный риск. Во всем: в определении состава, выборе тактики и многом другом. И уж конечно, в заменах. А в такой пиковой ситуации, давшей повод для вашего вопроса, это просто запредельный риск. Сам я никогда ни с чем подобным не сталкивался — бог миловал! Но непростые моменты с принятием быстрого решения случались. Как в «Лужниках» перед серией пенальти с «Наполи» в Кубке чемпионов, когда требовалось назвать пятерку бьющих. И хотя мы в Тарасовке пару дней на тренировках специально работали над этим, пришлось понервничать. Лишь когда первый мяч забил еще совсем молодой Карпин, я поверил, что это будет наш вечер. А вот о чем думал Карседо, когда решил заменить Максименко, доверив судьбу встречи Помазуну, понять невозможно. Вероятно, еще на тренировках испанец обратил внимание на то, как тот ведет себя в таких случаях. А может, прислушался к совету тренера вратарей. Я как-то слышал, что на такой же шаг в матче с Коста-Рикой на мировом чемпионате однажды пошел Луи ван Гал. И не прогадал. Словом, здесь можно только строить догадки. Скажу лишь, что если спартаковские болельщики и будут когда-то вспоминать Карседо, то эта история точно всплывет в их памяти.
Валерий Корнев: До окончания чемпионата осталось три тура. Как оцените шансы «Зенита», чей календарь еще недавно казался более легким, и «Краснодара», у которого еще остался Кубок? То есть «Зенит» получил возможность сосредоточиться только на борьбе за золото — считаете, это действительно может помочь Питеру вернуть чемпионство?
— Что касается более простого календаря «Зенита», то за три тура до конца, где каждый матч сродни финалу, опасен любой соперник. Наверняка забуксовавший по весне ЦСКА в попытке зацепиться за третье место даст бой «Зениту». «Сочи» костьми ляжет, чтобы попасть в стыки, а для «Ростова» очки — возможность избежать их. Для «Краснодара» же вряд ли окажутся легкой прогулкой встречи с «Акроном» и «Оренбургом», решающими вопрос сохранения прописки в Премьер-лиге. Да и выезд к московскому «Динамо» потребует максимальной отдачи. Ведь есть вероятность, что именно от результата этого матча и будет зависеть то, кому достанется золото. Если, конечно, к тому моменту кто-то из претендентов не оступится. А в ситуациях, где у тебя нет права на ошибку, многое решают выдержка и вера в себя. Мне кажется, что здесь у «Краснодара» есть некоторое психологическое преимущество. Конечно, южане хотят и делают все, чтобы вновь подарить своим землякам незабываемый праздник. Но не испытывают того давления, под которым заканчивал прошлый сезон «Зенит», когда в год столетия Питер ждал от него только победы. А теперь пришла пора возвращать долги. И фанаты вновь требуют только чемпионского финиша. Что накладывает на команду Семака особую ответственность, может сковывать игроков, рождать излишнюю нервозность и боязнь ошибиться. Вероятно, поэтому после выигранного матча в Каспийске было отмечено, что «Зенит» проводил его в эконом-режиме. Хотя в следующем, с «Ахматом», питерцы уже выглядели легкими, мобильными. И уже в первом тайме, забив за три минуты пару голов, решили вопрос с победой.
«Краснодар» же сейчас на ходу, не сорит очками и дважды подряд одержал волевые победы над «Спартаком» и махачкалинским «Динамо». Что касается дополнительной нагрузки в борьбе за Кубок, то она повышает риск получения травм. А потеря чемпионом кого-то из лидеров может сказаться на его игровой мощи. Ведь на нынешней скамейке Мусаев вряд ли найдет равноценную замену Кордобе, Сперцяну, Кривцову, Черникову или Тормене.
Антон Красин: Заметил, что в финале Кубка Испании была использована камера, размещенная на судье. Авторы такой неожиданной идеи рассчитывают, что это позволит болельщикам полнее ощутить происходящее на поле, а телезрителям — услышать, о чем говорят рефери, футболисты и тренеры. Как вам такое новшество?
— Я точно не вижу необходимости для появления такой новации. И прежде всего потому, что это не имеет никакого отношения к футболу. А потому вряд ли приживется, на что очень надеюсь. Кстати, я еще и против съемок в раздевалке, где идет непростая и очень напряженная — не для посторонних глаз — работа. Вот недавно в интернете появилось видео с Карпиным, который что-то горячо объясняет игрокам сборной России. И пошли-поехали всякие придуманные на ходу небылицы, которые тешат душу диванных знатоков. Признаюсь, здесь мне стало за Валеру обидно. Хотя были моменты, когда я давал разрешение на появление в раздевалке журналистов. Но это случалось только в случае празднования наших чемпионских или кубковых побед. А после выигрыша в Лиге чемпионов у «Реала» в «Лужниках» был очень рад, когда к нам с поздравлениями заглянули Сергей Вадимович Степашин и Юрий Михайлович Лужков. И не потому, что они большие начальники, а просто люди, влюбленные в футбол!
Что касается футбола для зрителя, то камера на судьях — не гарантия сближения с болельщиком, а скорее неуклюжее заигрывание. Главное здесь — только игра! Все остальное вторично. Пример тому — ВАР, о котором я уже тысячу раз говорил как о механизме, который не повышает зрелищность и интерес к футболу, а, напротив, тормозит его. Возьмите скандалы с вмешательством ВАР в моментах назначения пенальти в ворота «Спартака» во встрече с «Краснодаром» или «Локомотива» с «Зенитом». А ведь все думали, что эта технология сделает футбол чище и зрелищнее. Словом, хотели как лучше…
Андрей Крайнов: Сейчас много говорят о возможном отъезде в Европу Константина Тюкавина и Алексея Батракова. Как болельщику «Динамо», позвольте поинтересоваться, а тренер Романцев дал бы согласие на уход своего лидера и от кого это бы зависело больше всего?
— Начну с того, что я никогда не ставил ограничения всем, с кем работал в «Спартаке». Да и в те времена, когда начинал тренерскую работу, все было проще — и контракты, и сами футболисты. Если игрок просил его отпустить, я просто не имел права отказывать. Даже если он из тех, чей уход создаст проблемы. Понимал, что не могу лишать его семью денег, которые «Спартак» тогда не мог платить. А ведь некоторые принимали решения об отъезде именно из-за этого. Разве только Володя Бесчастных, когда его в 19 пригласил «Вердер», честно признался в желании попробовать себя в Бундеслиге. Правда, заверив, что обязательно вернется в «Спартак». Или уход Аленичева в «Рому»… Парень — лидер, в расцвете сил! Посидели в Тарасовке, поговорили, пожелали друг-другу успехов. А вернулся он победителем Лиги чемпионов. Первым и пока единственным в российском футболе!
Что касается Тюкавина с Батраковым, то, конечно, их отъезд станет потерей для «Динамо» и «Локомотива». Наверняка в контрактах каждого все прописано до мелочей — отступные, неустойки. Сумеют клубы сохранить их — один вариант. Но если Константин и Алексей захотят непременно уехать в Европу, то держать игрока при таком раскладе смысла нет.
Лев Тунцов: Слышал, что на «Лукойл Арене» собираются установить памятник легендарному футболисту и тренеру Никите Павловичу Симоняну. Когда может состояться его открытие?
— Недавно по инициативе Комитета ветеранов «Спартака» руководство клуба совместно с компанией «Лукойл» приняло это важное решение. Памятник будет установлен напротив трибуны «А», которая теперь носит имя уважаемого Никиты Павловича. Как рассказал мне директор клубного музея Алексей Матвеев, работает над ним скульптор Наталья Опиок, благодаря которой на Троекуровском кладбище был установлен памятник Федору Черенкову.
Открытие памятника Симоняну намечено на 12 октября и будет приурочено к 100-летию со дня его рождения. Что наверняка станет большим событием для всех наших болельщиков — в память о человеке, всю жизнь посвятившем футболу и «Спартаку».
По-прежнему ваш Олег Романцев!
