— Какой была температура?
— Нам еще повезло — 50 градусов не было, хотя в прежние года было намного холоднее. Выходили на старт при минус 41. А это уже сверхнизкая температура, идет гипоксия, и я ее прочувствовал на себе — дышал полной грудью, а воздуха не хватало.
Есть такое выражение: человека бросает то в жар, то в холод. И я это воспринял в прямом смысле, подумал: «Я в Сахаре пробежал, а какой я в Оймяконе в экстремальный мороз?» Поэтому и было желание доказать самому себе, а не кому‑то, каким я буду здесь. Я уверен, что человек растет через преодоление трудностей. Когда у тебя все хорошо, ты в моменте этого не замечаешь, когда же становится тяжело, все начинает отягощать, и это нужно перетерпеть. И вот на этой дистанции нужно было перетерпевать постоянно — час, два, еще полчаса, еще 10 минут, через четыре часа. И здесь работа уже идет через голову, потому что мое тело — это исполнительная власть.
Я таким образом готовлю себя к суточному бегу, это моя цель. Объемы тренировок у меня были большие, не изменил подготовку и в Таиланде, где очень много бегал. Чтобы вы понимали: на следующий день после возвращения из Таиланда я бежал 42 км в Подмосковье, и задачей за оставшиеся пять дней с учетом перелетов перед «Полюсом холода» было восстановиться, — сказал Смертин.
Смертин пробежал ультрамарафон на 50 км в Оймяконе при −42°C за 4 часа и 45 минут.
