"Мы понимаем, что у всего этого могут быть последствия, причем очень серьезные.
Все произошло за полчаса до завершения игры. По-настоящему профессиональной структуре было бы достаточно получаса для того, чтобы понять, что было сказано. Все можно было решить очень легко. Можно было заявить самим или попросить Престианни заявить, что он сказал не «обезьяна» (mono), а «глупец» (trollo) или что-то в этом духе«, — отметил Сантуш, подчеркнув, что это позволило бы “обезвредить взрывоопасную обстановку”.
