«Я увидел его на следующее утро. Сижу, разгадываю кроссворд, и он входит. Я такой: “Ты что делаешь?” А он: “Я в порядке, детка. В порядке”. У него были костыли, но он их поставил, а потом обошел стол, чтобы сесть.
Я посмотрел на его рентгеновские снимки. Это был не маленький осколочный перелом или трещина. Кость была сломана пополам. Я подумал: «О, черт». У меня был спиральный перелом, тогда мне поставили пластину и винты выше лодыжки.
Я такой: «Это отстой. Пройдет пара месяцев, прежде чем ты снова сможешь кататься». Он такой: «Нет, я выйду на лед через две недели». Я ему: «Никаких шансов». Он: «Увидишь, я буду на льду через две недели».
Через две недели Овечкин прислал мне видео. Он не катался, но двигался по льду в коньках. Я такой: «Чувак, ты с ума сошел!» — сказал форвард «Кэпиталс» Ти Джей Оши на подкасте «NHL Unscripted with Virk and Demers».
Губерниев о шансах Овечкина войти в Зал славы до окончания карьеры: «Будем всячески желать. Его номер увековечат, это дело не за горами».