— Какими были первые эмоции после вызова в НХЛ?
— Конечно, это был очень радостный момент. За два года меня ни разу не вызывали, а тут — вызов. Сразу сообщил родителям, близким, все вместе порадовались.
— В тот момент вы понимали, что можете выйти на свой первый матч в НХЛ?
— Понимал, но старался об этом не думать, потому что нет смысла загадывать — было много случаев, когда ребят вызывали, но они так и не выходили на игру.
— Как отреагировал Александр Овечкин? Он звонил, писал?
— Нет, мы не созванивались. Здесь всего два часа езды, поэтому мы просто встретились. Когда я приехал в Вашингтон, он меня поздравил лично.
— Многие отмечают его открытость. Помогал ли он вам с какими-то бытовыми моментами после вызова?
— Да, конечно. Помог с переездом: вещи собрал, закинули их в машину, доехали. В Вашингтоне сначала сняли отель, но я решил там не оставаться — меня приютил Алексей Протас. Сейчас мы живем вместе. Это намного удобнее и веселее, чем в отеле.
— Какой Алексей в общении? На льду он раскалывает соперников, но создается впечатление, что в жизни он очень открытый человек.
— Да, он действительно хороший парень. Мы познакомились еще в «Херши». Все ребята позитивные. Алексей всегда готов помочь, подсказать в каких-то моментах. В первое время, если возникали вопросы, мы могли куда-то съездить вместе. Мне помогали и с документами, и с языком.
Когда я только приехал в Херши, то там были Саня Алексеев и Леха Протас — они многое подсказали, объяснили, что и как нужно делать, — сказал Тринеев.
