Выборы состоялись 28 февраля и завершились победой Сергея Фатеева, за кандидатуру которого ратовал Федор Емельяненко. Конкурентом Фатеева был Павел Карнаух, за которого агитировал президент IBA Умар Кремлев. После выборов, отвечая на вопрос об отношениях с Кремлевым, Федор Емельяненко сказал: «Доносилось через интервью, что Умар Кремлев говорил, что в ММА идут спортсмены, не состоявшиеся в своих видах спорта. Что-то положительное я не слышал».
«Мне понравилось высказывание моего брата, — заявил Александр Емельяненко в беседе с “СЭ”. — Он сказал правильно. С его слов, Умар Кремлев сказал, что в смешанные единоборства идут те, кто не смог добиться результата в других единоборствах, в любителях. Но когда мы дрались в Pride, туда людей со званиями ниже, чем чемпион мира, не брали. Умар Кремлев никаких званий не добился ни в каком любительском виде спорта. Если ему что-то где-то нарисовали, лучше ему сидеть и молчать, делать свое дело.
Я посмотрел. У Умара Назаровича очень много должностей. Нужно по себе брать ношу. Можно не вывезти. В смешанных единоборствах он не понимает, он не знает эту нишу — как что делается, куда что идет. Вот он стал президентом Федерации бокса. Бокса как не было слышно раньше, так и не слышно сейчас. Конечно, деньги не всегда решают. Избрание президента федерации смешанных единоборств — тому пример. Деньги Кремлева абсолютно ничего не решили. Он хоть и благотворительностью занимается, помогает старикам, раздает айфоны налево и направо, но когда касается вопроса голосования — айфоны его ничего не решили. Конечно, я поддерживал Федора».
В 2024-м Емельяненко тренировался на базе Федерации бокса России под Серпуховом, которая была построена на средства Кремлева.
«Когда я тренировался у него на “Лесной опушке”, я сказал: “Умар Назарович, организуйте мне бой”. Он говорит: “Да, хорошо, вот подойди”. В итоге через пятого человека меня связали с тем, кто занимается организацией боев, — рассказал Александр “СЭ”. — Я ему звоню: “Умар сказал мне с тобой связаться — чтобы ты организовал мне бой”. До ближайшего турнира мне оставалось два месяца. А я в хорошей форме. Он мне говорит: “Этот кард уже составлен” — “А сколько у вас пар?” — “12” — “Добавь 13-ю” — “Мы не можем” — “Ладно, когда следующий кард?” — “Еще через три месяца”. То есть пять месяцев мне ждать. “А там что?” — “Там уже полкарда составлено”. И начинает тянуть, ездить чего-то там. “Понятно. Когда ты мне сможешь бой организовать?” — “Ну вот у нас следующий…” Я говорю: “Все, понятно”. И получил трубку. Не буду же я Кремлеву звонить и говорить: там не получается, решите за меня вопрос. Ну, не получается и не получается, я пойду заниматься другими делами».
