— Насколько реально поднять российский велоспорт? На Олимпиаде в Париже мы увидели наше место в мировом пелотоне…
— Я не смогу ответить в двух словах, потому что сейчас глобально все нужно развивать. Мы работаем, чтобы стало лучше. Нет системной работы. В велоспорте много задач: детский спорт, любительский, BMX, маунтинбайк. По моему мнению, надо начинать с детских школ.
Сейчас пришел новый президент, Олег Сиенко, команда осталась почти та же, но руководитель другой. Появилось пять человек, отвечающих за субъекты — я отвечаю за Приволжский округ. Нам выделяют деньги из федерации, и мы распределяем их внутри регионов. Уже есть развитие, и понятно, с кого спрашивать.
— Как соотносятся общая велокультура в стране и интерес к спорту? В Нидерландах и Бельгии все на велосипедах.
— После ковида любительский спорт сильно шагнул вперед — в Москве и Питере в первую очередь, но Уфа и Казань тоже набирают обороты. Чем больше любителей, тем больше вероятность, что их дети пойдут в велоспорт профессионально.
Наша задача — открыть отделение, куда детям идти заниматься. В прошлом году после чемпионата России люди писали и спрашивали, куда отдать ребенка. И мне было неловко, что в Казани нет отделения велоспорта.
Важный плюс велоспорта: можно начать в позднем возрасте, перейти из других видов. Ремко Эвенепул — бывший футболист, Примож Роглич перешел из прыжков с трамплина и выиграл «Тур де Франс». Так что в 15 лет можно спокойно приходить к нам.
— Вы ведете поиск спонсоров или академия живет за счет вашей «подушки»?
— У меня есть подушка безопасности. Когда я занимался велоспортом, понимал, что жизнь спортсмена не вечна, поэтому старался инвестировать. Где-то проваливал бизнес, где-то занимался не тем, был даже завод по распределению щебня. Главное — я не боялся инвестировать. Сейчас тоже есть бизнес, который дает пассивный доход.
Говорю своим воспитанникам: когда появятся первые деньги, не тратьте все на часы и машины — учитесь распределять. В академии 30−40% — это мои деньги, основную долю берут два спонсора — «Ак Барс Банк» и «Терралинк». Были большие первоначальные вложения: машины, велосипеды, форма. Сейчас уже проще.
— Академия станет коммерческим проектом или социальный компонент важнее?
— Надо, чтобы и регион помогал, и спонсоры были. Только так это работает. Задача — развивать континентальную команду. Она предполагает, что ребята будут жить не в училище, а в другом месте.
Я уже работаю над этим. В Татарстане мои партнеры хотят построить спортивный отель, я помогаю им с организацией, у нас есть опыт с Кипром. Взамен хочу взять часть площадей под академию, — сказал Закарин.
