Почему великий чемпион на грани и не верит ни во что хорошее, связанное с допуском на международные старты? Что он думает о тех, кто хайпует на нем? И ради чего он все-таки начал подготовку к новому сезону, трехкратный олимпийский чемпион рассказал в откровенном интервью РИА Новости.
«Есть желание все бросить»
— У тебя родилась вторая дочка. Не хотелось бросить все и не ехать ни на какие сборы? «Остаюсь!».
— Такое желание есть. Хочется находиться все-таки рядом с семьей. Но я рад, что в такой период смог выделить время, чтобы провести его с близкими. Помочь жене, чтобы Ане было поспокойнее. Слава богу, все получилось, как планировали. Да, хорошие тренировки делать не всегда получалось. Но намного важнее было быть рядом с женой.
— Во время первой беременности так не получилось же?
— Да, в тот раз не четыре месяца, а полтора был дома. Но тоже нормально.
— Можешь сравнить эмоции от рождения первой дочки и второй, Оливии?
— Эмоции… Первый раз было очень трепетно, волнительно и ничего не понятно. Сейчас уже на опыте! Знаешь, что и как, спокойнее намного. И Аня уже в более спокойном ритме была. Понимали, как все будет происходить. Проще было в этот раз, честно говоря.
— А на родах присутствовал?
— Конечно. И на первых, и на вторых.
— Не страшно было?
— Вообще нет. В голове была одна мысль, что в такие сложные минуты я должен и могу поддержать любимую жену. Это главное. Пройти через такое вместе, прожить и пережить этот момент.
— Партнерские роды — общее решение?
— Общее. Я даже не подумал бы отказаться.
— Аня говорит, что обе дочки ваши — твои копии.
— Да я бы не сказал. Девчонки красивые у нас.
— Как папа?
— Да не! И от мамы, и от папы что-то взяли. Не сказал бы, что только на меня похожи. Смешанный вариант, так сказать. Аня пошутила.
— Останавливаться не собираетесь? Или, как бог даст?
— Тут загадывать нельзя.
— Ты как-то говорил, что дети добавляют мотивации в спорте.
— Смотря, в каком спорте. Если ты нигде не выступаешь, то ровненько, в принципе. Когда есть серьезные старты, то добавляют 100%.
— Ну, а мотивации продолжать карьеру?
— В этом плане — да.
«Мне не дают показывать свою силу»
— Многие опасаются, что из-за отстранения от международных стартов ты можешь бросить все и завершить карьеру. Действительно ли такие мысли есть? Или все же отпустил ситуацию?
— Сколько можно отпускать? Ладно, год-два, когда не можешь выступать. Это еще как-то можно пережить. А потом себя обманываешь и обманываешь. Думаешь: «Давай еще, еще». А никаких допусков нет. Много спортсменов уже закончили карьеру. Очень большой период получается. А спорт — не вечный. Короткий промежуток жизни, когда ты можешь показывать хорошие результаты. А его у тебя просто отнимают. Не дают показывать свою силу. Двоякая ситуация.
— Тот же Сергей Устюгов недавно объявил о завершении карьеры. Не стоило ему еще побегать?
— Может быть, и стоило. Но ради чего?
— Все упирается в отстранение?
— Думаю, да. Были бы старты, он смог бы себя заставить показывать результат. А так, пару-тройку лет побегал и понял, что есть вещи важнее спорта. А время не стоит на месте, оно бежит очень быстро.
— Пять последних лет прошли впустую у тебя, получается?
— Ну, не прям впустую. Но я же понимаю, что за эти пять лет можно было довести количество медалей олимпийских и с чемпионатов мира до 40. 100%. Уже 17 есть, а там что остается-то. Я бегал-то на международных стартах всего четыре года… А что такое четыре года? С 2018 по 2022-й. Можно было намного больше сделать. Но нет.
— Елена Вяльбе уверена, что на Играх-2030 ты можешь взять далеко не одну медаль.
— Мыслей об этом нет совершенно. Думал, что буду готовиться и выступать на этих Олимпийских играх. В итоге — нет. Так же может быть и со следующими. Какой итог? Готовишься, готовишься, а толку — ноль. И что, какой смысл готовиться к чему-то?
— Ну, ты же не собираешься завершать?
— Как пойдет.
— Все зависит от решений FIS?
— Нет. Уже фиолетово на их решения.
— Все восприняли как победу заявление МОК о снятии рекомендаций для международных федераций об ограничениях в отношении российских атлетов. А в итоге многие попросту наплевали на это. Судя по всему, FIS тоже. Как думаешь, есть шансы, что на заседании в сентябре что-то изменится в положительную сторону?
— Думаю, что в сентябре будет так же. Перенесут на декабрь, в декабре перенесут на весну. И будет так ежегодно происходить. На протяжении, не знаю, скольких лет. Тут во что-то верить и дожидаться, не пойми чего… Уже никаких мыслей нет по этому поводу.
— Но ты же подавал заявку на нейтральный статус?
— Да. Отправлял, почему нет.
— Ответ был?
— Да, ответили. Отправляешь заявку, и тут же отвечают. По сути, без проверок, без всего. В течение одного дня. «До свидания», и все. Достаточно моей фамилии.
— То есть, никакие комиссии не рассматривали даже?
— Если бы была комиссия, то хотя бы два-три дня рассматривали. А не в тот же день обратное письмо. «Нет» и все. Понятно, что ничего даже не проверяли.
«О чем мне говорить с Клебо?»
— Чисто гипотетически, ситуация меняется, тебя допускают. Смог бы дать бой лидерам? Тому же Клебо.
— Все зависит от подготовки. Даже по ходу сезона можно выйти на нужный уровень. А допуск добавил бы мотивации. Спортивной злости.
— Именно этой злости тебе сейчас не хватает?
— Может быть.
— При встрече с Клебо, что бы ему сказал?
— А зачем мне сейчас с ним встречаться?
— Ну, если бы допустили.
— Здесь нужно не говорить, а показывать все результатами. А говорить… Не в моем стиле.
— Кстати, а кто-то из иностранцев за это время тебе писал?
— Особо нет. Было, что человек писал: «Приезжайте, ждем». А потом слушаешь интервью, и он же вообще другое говорит. Такое себе.
— За эти пять лет от слова «мотивация» глаз не дергается? Везде и все только об этом и пишут.
— Я уже ничего не читаю. Не обращаю внимания.
— За СМИ не следишь?
— Бывает, что попадаются статьи. Но специально за чем-то не слежу.
— Кажется, что раньше отношения с норвежцами были намного дружелюбнее. Те же Нортуг, Сундбю всегда поддерживали россиян. Не стеснялись говорить о несправедливости санкций. А сейчас какая-то ненависть прямо.
— Да черт его знает. Понятно, что на любых соревнованиях, будь то чемпионат мира или Олимпийские игры, когда нет прямых конкурентов, то больше шансов появляется не только у лидеров, но и у остальных. И как бы ни было, это один из ключевых рычагов. И им пользуются, давят. Те же норвежцы. На той же Олимпиаде. Кроме норвежцев есть еще два места на подиуме. И кто-то бы оказался за бортом. Не только сборной Норвегии это все на руку, но и другим странам, которые никогда до этого не брали медали. А тут шанс. На Кубке мира кто-то бегал за двадцаткой, а сейчас в легкую бежит в двадцатке. Потому что пяти-шести человек, российских спортсменов, там нет.
— При этом, FIS теряет спонсоров. Это же напрямую связано с падением интереса к лыжным гонкам?
— 100% да.
— Недавно в России произошло объединение лыжных федераций. Как воспринял эти реформы? Помогут они в возвращении на мировую арену?
— Честно говоря, не знаю. Время покажет, к чему это приведет. Покажет этот сезон, его начало. Мне пока не понятно.
«В еде предела не знаю»
— Если немного отойти от темы лыжных гонок. Все знают Большунова-лыжника. А вот Большунова- обычного человека — нет. Например, взять твой отпуск. Чем занимаешься?
— С семьей провожу время. Сейчас вот Еве домик строю. Детский.
— По собственному проекту?
— Да. Сначала с Аней решили один построить. Уже каркас сделал, а она говорит: «Нет, здесь надо добавить, крышу поменять». Окей, ладно, крышу поменял. Потом: «А давай балкон добавим!» Добавляю! Главное, что всем нравится. Прикольный домик получился.
— А рыбалка, грибы?
— Времени никогда нет. На сборах вот сходил. Первый день, когда приехал в Малиновку, три часа кросса. Все бегают, а грибов не видят. А я отмечаю в голове полянки. Тут увидел лисички, там. На следующий день поехал и за двадцать минут корзину насобирал. Сначала к Юрию Викторовичу (Бородавко) подхожу, он такой: «Местные говорят, нет грибов». Я говорю: «Да? Мне пятнадцать минут надо». Сгонял, ящик набрал, у него глаза такие: «Как? Откуда?» Потом пожарили, было вкусно.
— Всей командой ели?
— Кто захотел, подходили, хватило всем.
— Это папина школа, судя по всему?
— С детства всегда ездили вместе за грибами. И сейчас, если бы я приехал домой, то знаю все места, где искать белые.
— Все поляны в голове остались?
— Все помню. Тут, в Малиновке, такого количества белых нет, как дома.
— А когда последний раз в Подывотье был?
— До Олимпийских игр. Еще в 2021 году…
— Во время отпуска можешь себе позволить нарушать режим? В плане еды, например.
— Это постоянно у меня, даже на сборах могу. И сам готовлю, бургеры, пиццу. Мороженное могу позволить себе. Так что, если говорить про еду, то чуть ли не ежедневно могу нарушать. А что делать?
— Но ты же чувствуешь грань, предел какой-то?
— Да практически без предела ем.
— Кроме лыжных гонок ты нашел себя еще в бизнесе. Производишь экипировку. Сам решился или кто-то подсказал, что можно монетизировать имя?
— Идея моя. Рад, что мне попались нужные люди, которые помогают в этом направлении. Инвестируют. Встретились, обсудили детали, и все получилось.
— Ты же напрямую занимаешься в разработке, в тестировании?
— Конечно. Во всех вопросах. Линейка у нас широкая, много фитнес-товаров, перчатки, костюмы лыжные, бачки, очки, гири, коврики, даже тренажеры лыжные.
О медийности и балабольстве
— В последнее время тебя многие начали чуть ли не демонизировать, учитывая ряд скандалов. Тебя не задевает это?
— Я на это внимание стараюсь не обращать. Кто делает пакости, вставляет палки в колеса, я просто с этими людьми не общаюсь. Зачем тратить энергию и время на тех, кто желает плохого, пытается навредить? Общение и доступ закрываются сразу. Стараюсь общаться с теми, кто не подведет даже в сложные периоды.
— Второго шанса людям не даешь? Одна ошибка и все, до свидания?
— Практически так.
— Что важнее: эмоции или справедливость?
— Справедливость, конечно.
— В сложные моменты у тебя есть главный защитник — жена. Хрупкая девушка, но готова любого порвать за тебя.
— Я это прекрасно чувствую и знаю, что Аня всегда поддержит.
— Ты, наверное, привык, что многие хайпуют на твоем имени. Но создается впечатление, что в последнее время это начали делать даже коллеги по лыжным гонкам, спортсмены. Как относишься к этому? Это достойно вообще?
— Достойно, когда доказываешь все результатами. А когда ты балаболишь и ни хрена не делаешь, смысл? В спорте главное — результат.
— Многие из молодого поколения лыжников рвутся к медийности.
— Рвутся, а толк какой? Результатов ноль, практически нет. Рвись, не рвись, а результат на первом месте.
— Кажется, что в сборной раньше была более дружелюбная атмосфера. У тебя есть близкие друзья в команде?
— Близких, наверное, нет. Да, с ребятами общаемся, но не прямо дружба сильная.
Автор: Сергей Смышляев
