В прошлом и позапрошлом году «Матч года» проводился в Москве. Все вырученные средства от пожертвований партнеров и продажи билетов пошли подопечным Фонда «Сектор 98» Михаила Сергачёва и Фонда Артемия Панарина.
Мы поговорили с известным хоккеистом и одним из организаторов мероприятия Михаилом Сергачёвым об идее проведения «Матча года», его планах на будущее и… о пляжах Санкт-Петербурга.
— Михаил, предстоящий «Матч года» станет уже третьим по счёту, и впервые он пройдёт в Санкт-Петербурге. А с чего всё началось? Как изначально возникла идея проведения такого матча?
— Началось всё с того, что я сломал ногу и проходил реабилитацию в Нью-Йорке. У меня тогда появилось больше свободного времени, и я стал думать: какими благотворительными делами я мог бы позаниматься, что полезного за это время сделать. И пришла идея организовать такой матч. Артемий Панарин уже на тот момент устраивал благотворительные игры, провел даже два матча. Правда, они были более камерными по размаху. И я решил позвонить Артемию, предложил ему объединить наши усилия и вместе сделать такой классный проект. А уже Тёма сказал: «А позвони Овечкину, давайте втроём всё организуем!». Так и родился «Матч года». Можно сказать, что идея «Матча года» принадлежит Панаре, а мы с Саней её чуть-чуть докрутили (улыбается).
— Но у вас всех невероятно насыщенный график! Как, впрочем, и у остальных хоккеистов, которые выйдут на лёд в «Матче года». Как вам удаётся организовать такой масштабный проект?
— Когда идёт сезон, конечно, тяжело нам всем встретиться, что-то обсуждать и планировать. Так как все мы очень загружены. Но когда мы все приезжаем в отпуск в Россию, то сразу начинаем готовиться. Первый «Матч года» мы организовали буквально за полтора месяца. И, по сути, за один день собрали полностью команды российских игроков, выступающих в России. Изначально мы наметили расширенный состав, и я лично стал связываться с каждым и спрашивать, сможет ли он сыграть в Матче. И все сразу соглашались. С нашими ребятами из-за океана было посложнее: кто-то еще продолжал играть в плей-офф, у кого-то только начался отпуск. Но все очень охотно поддерживали благотворительную идею матча.
— Чего вы сами ждёте от третьего по счёту «Матча года»?
— Главная цель нашего мероприятия — благотворительность. За два прошлых года нам удалось собрать 40 миллионов рублей на помощь нуждающимся. И я уверен, это не предел! В этом году нас ждёт самая большая ледовая площадка в мире, и мы надеемся продолжать увеличивать благотворительный чек и, конечно, порадовать своей игрой поклонников хоккея, в том числе, живущих в Санкт-Петербурге.
— А вы сами любите Питер? С чем наш город у вас ассоциируется в первую очередь?
— Конечно, с его неповторимой архитектурой. И каким-то особенным настроением, которое присуще только Петербургу. Тут не хочется никуда торопиться, наоборот, хочешь замедлиться, подумать о чем-то своём, глядя на такую красоту. Здесь и история, и музыка, и столько воды вокруг. Сразу думаю про Дворцовую площадь, Невский, Эрмитаж, Мариинский театр… И вокруг города красоты не меньше — немного отъехал и уже наслаждаешься видом Кронштадта или дворцами в Петергофе или Пушкине.
— А в американском Санкт-Петербурге вам бывать доводилось?
— А как же! Когда я еще играл в Тампе, у нас там не было пляжей. И мы с семьей часто отправлялись купаться и позагорать в американский Санкт-Петербурге. Это около получаса езды на машине, тоже штат Флорида. Популярный курорт на берегу залива — сильно отличался от более деловой и офисной Тампы.
— Михаил, а в какой стране вы скорее видите своё будущее?
— Для меня в планах после окончания карьеры, конечно, «осесть» на родине. Россия — мой дом. Я очень её люблю. В Америке я безусловно тоже ко многому привык. Сейчас, например, в Юте мы живем в лесу около гор. И мне очень нравится это место. Я даже, приезжая к себе в дом, откладываю телефон, и могу просто сидеть и кайфовать от классных видов. Чистый воздух, очень приятные и добрые люди мормоны. Когда мы только семьей переехали, то все соседи по очереди пришли к нам знакомиться и предлагать помочь с разбором коробок. Но все же, своё будущее после заката карьеры — а это, надеюсь, будет минимум лет через десять — связываю с Россией.
— Кстати, о телефоне. Панарин уже несколько лет как пользуется исключительно кнопочным телефоном. Вы вроде бы тоже стараетесь проводить с ним в руках минимум времени и даже удалились из социальных сетей?
— Да, это правда. Я заметил, что с тех пор у меня появилось больше времени. Ведь открывая страницу в соцсетях, ты и сам не замечаешь, как проходит полчаса, а то и час. Ты зачем-то посмотрел кучу какого-то видео, что-то прочитал, о чём тут же забыл. А то и вовсе смотришь в экран, общаясь с женой или играя с сыном. Я не скажу, что соцсети — это только зло. Просто надо правильно распределять время. Пока же хочу сосредоточиться на семье, хоккее и благотворительных проектах, таких, как «Матч года».
— И напоследок: какие еще города рассматриваете для проведения этого хоккейного события? Первые два раза оно проходило в Москве, теперь состоится в Питере. У других российских городов есть шанс принять матч у себя?
— В прошлом году мы решили снова провести «Матч года» в столице, так как хотели совместить его с официальным чествованием рекорда Овечкина. А Москва — родной город Саши. Но на будущее мы также рассматриваем и Казань, Омск, Новосибирск, Нижний Новгород… Все они очень хоккейные города, где наш вид спорта любят, следят за ним. Уверен, что и там ажиотажа будет ничуть не меньше, чем в Москве и Санкт-Петербурге.
