"На мой взгляд, главное его достоинство — то, как он чувствует болид.
Я не стану называть его инженером, поскольку он таковым не является, но он дает инженерам то, на что не способен ни один другой гонщик из тех, кого я видел. Я имею в виду обратную связь и точное понимание того, что требуется, чтобы ехать быстрее.
Его способность чувствовать машину, понимать прямо за рулем, чего именно ей не хватает, а затем переводить это на понятный нам язык — какое-то безумие.
Уже после первого круга [на тренировке] он в точности знает, на что способен болид, где предел возможностей. На мой взгляд, он лучший гонщик в истории этого спорта, но еще сильнее его делает умение четко указать: «Да, мне не хватает этого, здесь нужно вот то».
Когда мы побеждаем, с ним работать — одно удовольствие. Когда проигрываем — сущий кошмар. Шучу, но как инженеры мы его обожаем, потому что он приносит нам результат. Он дает великолепную обратную связь и остается командным игроком. Вот почему мы его ценим.
Звонил ли мне Макс ночью, чтобы поделиться идеями? Возможно, своему [гоночному] инженеру [Джанпьеро Ламбьязе] — но я даже знать об этом не хочу. Не хочу давать ему свой номер телефона, чтобы он звонил мне посреди ночи!
Но нет, он действительно уважает то, что мы делаем, уважает команду. Он уважает работу каждого сотрудника. Макс просто делится своими ощущениями по поводу того, что считает важным, но при этом доверяет нашей экспертной оценке — как нашим мыслям, так и своим собственным. Он очень открыт к диалогу.
С ним довольно легко работать, и в его подходе нет высокомерия", — сказал специалист.
Кристиан Хорнер: «Алонсо сказал, что хотел бы выступать за “Ред Булл” — но Марко дал понять, что в лагере Ферстаппена не в восторге от этой идеи».
Рене Арну: «Битва за титул между Антонелли и Ферстаппеном в 2027-м — это было бы потрясающе».