Артем Дзюба даже в 37 остается самым резонансным и востребованным спикером нашего футбола. Вы точно читали разгромные интервью форварда «Акрона» — об уходе из «Спартака», тяжелом расставании с «Зенитом» и «Локомотивом», проблемах РПЛ и многом другом.
Корреспонденты «СЭ» встретились с Дзюбой и задали вопросы обо всем, что окружает карьеру. Съемки в кино и поездка в Беслан, воспитание детей и восприятие «Аноры», роль амбассадора «Лиги Ставок» и даже то самое видео.
Вперед!
До сих пор в ужасе думаю: «А если бы не забил?»
— Артем, позади 2025-й — главный итог года лично для тебя?
— Ключевое событие — сохранение прописки «Акрона» в РПЛ. В этом сезоне тоже идем неплохо.
Что касается личных итогов, то выделю три рекорда, которые мне удалось поставить на данный момент. И я ими очень горжусь! Потому что всю карьеру ты играешь, двигаешься к каким-то целям, которые по прошествии времени будешь вспоминать и думать, что пройден интересный и непростой путь.
Если говорить про неспортивные итоги 2025-го, то, слава богу, родители здоровы, с детишками все хорошо. Поэтому грех жаловаться.
Хотя год получился непростым. С одной стороны, я сейчас живу большую часть времени в Тольятти, и это непривычно. С другой, как спортсмен и как личность я развиваюсь. Потому что становлюсь старшим товарищем для молодых ребят вокруг. Много подсказываю им, и не только на поле, но и за его пределами. Я уже такой дядька-наставник. И это интересная для меня роль. Раньше я был более взрывной и агрессивный, а сейчас это уже выходит на второй план, и надо быть мудрее, спокойнее. Уже нужно помогать не только визгами и криками. Хотя и без этого не обходится, конечно.
— Год назад мог представить, что побьешь рекорд сборной России по голам?
— До последнего в это не верил. Тут надо отдать должное Леониду Гольдману (представитель Артема Дзюбы. — Прим. «СЭ»). Это его заслуга. В нашем окружении мы думали, что он с ума сошел — место в Кащенко подбирали. Но он был уверен, что рекорд возможен. Так и вышло. Хотя я сам чуть не накосячил! За день до вызова выступил на эмоциях, чего не надо было делать.
Для меня приглашение в сборную стало шоком. Когда Леонид мне позвонил и сказал, что скоро со мной должен связаться Карпин, я ответил: «Закусывай. Опять начал выпивать с утра?» Он говорит: «Трубку возьми, если позвонит». Когда набрал Валерий Георгиевич и спросил, хочу ли я в сборную, это было даже забавно. Хочу? Естественно, хочу! После того как с ним поговорили, я просто час в одну точку смотрел и думал: «Мне это снится?».
Не ожидал, что это когда-то произойдет. Так что ответственности стало больше, когда мы приблизились к самой игре. Я знал, что Гренада — не самая сильная сборная, но, когда увидел, что все игроки там здоровые — под два метра, подумал: «Ну, почему не Бруней?! Почему не эти мои малыши?» (Дзюба изображаете, как тискает ребенка — Прим. «СЭ») Им бы я и десять мог забить! А тут такие здоровые… В общем, в тот момент понял, что будет непросто.
Ну, а когда матч начался… Прочувствовал этот мяч мой «любимый». Ужасный Jogel — как будто волейбольный!
— А что с ним не так?
— Он очень легкий. Даже когда был финал Кубка России последний, там все штрафные километров за двадцать улетали! Мяч очень специфический и легкий по сравнению с другими. Тяжело было к этому привыкнуть. Еще на разминке понял, что что-то не то. Помню, подавал Лечи Садулаев, я выпрыгиваю, чтобы пробить, а мяч просто виляет в сторону.
Но, знаете, на самом деле, мне повезло, что на поле меня ребята очень поддерживали и этот рекорд удалось установить. Я до сих пор в ужасе думаю: «А если бы не забил? Вот это было бы…».
— А что бы было, если бы реально не забил?
— Не знаю… Но, наверное, сыграл бы во втором матче.
— Как отмечал рекорд?
— На самом деле, спокойно. После матча уже было поздно. Много заведений позакрывались. Мы поехали в караоке-клуб — там вообще никого не было. Посидели с родителями и друзьями. Многие пришли на игру; мне кажется, половина стадиона «Динамо» в тот вечер — это мои знакомые и родственники. Этот груз ответственности давил: все же ждут рекорда! Слава богу, с великолепной передачи Батракова получилось забить. Я был очень рад, что это свершилось.
— Режим на вечеринке нарушали?
— Нет, я же утром вернулся в расположение сборной, там у нас было собрание, тренировка. А потом мы поехали в музей. Поэтому все было спокойно.
Бодров, как и Жириновский, опередил свое время
— Как обычно проходят новогодние праздники Артема Дзюбы?
— Всегда встречаю Новый год в России. Для меня это вообще главный праздник — даже важнее, чем день рождения. Всегда жду его с нетерпением! Поэтому 26 декабря мы заезжаем ко мне домой за город — собирается вся семья. И мы празднуем по
— Любимое новогоднее блюдо?
— Оливье! Тазик съел — плюс пять килограммов сразу. Так что батон хлеба, тазик оливье, кола или шаманское — и ю-хуу! Я улетел.
— На неделю сколько тазиков нужно?
— Каждый год хочу съесть поменьше, но два тазика я могу убрать, если честно. Это моя слабость.
— Ты сказал, что главный итог года — невылет «Акрона», который и сейчас идет в десятке. А за счет чего — это сплоченность коллектива или твой опыт? Может, фактор Заура Тедеева?
— Думаю, это симбиоз. Команда держится на тренерском штабе и очень сплоченном коллективе. Это работает. Атмосфера в команде очень сильная, дружеская.
Очень важно, что, когда была серия из неудач, команда не начала шарахаться и трястись. Потому что пошли слухи в прессе, что хотят поменять тренера. Я очень рад, что у Павла Анатольевича Морозова (учредитель «Акрона». — Прим. «СЭ») хватило спокойствия не наломать дров. Это была бы катастрофа, если бы убрали Тедеева! Потому что сейчас практически все тренеры — это менеджеры, которым нужно привезти топ-игроков. А Заур Эдуардович очень любит заниматься академией. Он фанатик футбола. После тренировки едет смотреть мальчиков в академии, знает во всех годах очень многих пацанов. Он очень глубоко во все это погружен.
Сейчас наши звездочки, которые появляются, — Пестряков, Болдырев, Тереховский и еще плеяда ребят — заслуга Тедеева и его штаба.
— Вы с Тедеевым недавно ездили в Беслан. Какие впечатления?
— Потрясающая поездка. Давно ее запланировали. Собрались шестерыми друзьями — нас красиво встретили, Заур Эдуардович познакомил со своей семьей, родителями. Съездили на могилу его дедушки — 24 декабря ему исполнилось бы 100 лет… Он у него знаменитый! Большая личность для Осетии.
Если говорить конкретно про Беслан — место очень тяжелое… Мы обязательно хотели его посетить. Я там услышал важную мысль: трагедия, которая произошла, — горе для всех нас, для всей страны, но мы в какой-то момент об этом забыли, к сожалению. С 1 по 3 сентября все продолжают праздновать, а для них это тяжелейший момент…
Сами понимаете, нигде такого не было, чтобы столько детей погибло при теракте. А мы спокойно отмечаем начало учебного года. По большому счету вся Россия должна в эти дни как-то отдать дань уважения детям-героям, которые прошли через такой ад. Ребятам-спецназовцам, которые, не боясь пуль, шли спасать ребят…
Такие вещи нельзя забывать.
— Когда посещаешь такие места, слезы наворачиваются?
— Было очень тяжело… До прихода туда Заур Эдуардович познакомил нас со своим другом — первым в моей жизни человеком, который разговаривает больше меня! Я был настолько восхищен… Незамолкающий человек с отличными шутками. Мы с ним всю дорогу смеялись, но как только добрались [до школы] — сразу накрыло. Было очень непросто сдержать слезы. Ты ощущаешь эту ауру… И когда видишь, насколько маленькими были детишки… Это просто кошмар.
— Еще одно тяжелое место в Осетии — место гибели Сергея Бодрова. Расскажи, что этот человек для тебя значит.
— Мы ездили по горам, там нам показывали, как сошел этот ледник… Заехали в то место, где предположительно съемочная группа была заживо погребена. Бодров вообще для всех нас культовый актер из-за фильмов «Брат» и «Брат-2». Мудрый человек. Его цитаты, как сейчас у Жириновского, про которого при жизни думали, что он не совсем здоров, какой-то шут или клоун… А сейчас осознали, насколько великим он был и как видел все далеко наперед. Сейчас им все восхищаются. Так и Бодров, мне кажется, опередил свое время. И такое несчастье. Надо же так… Ледник раз в 20−30 лет сходит, и именно с ними это случилось. Значит, Бог его забрал к себе пораньше.
— «Брат» и «Брат-2» — лучшие российские фильмы?
— Это, наверное, вкусовщина, но то, что они стали культовыми, — сто процентов. Как и «Бригада», «Бумер» — кому-то они нравятся, кому-то нет, но точно каждый россиянин их смотрел.
— Все перечисленное — бандитская история. Что думаешь про их влияние на людей?
— Мы хорошо снимаем такие фильмы. И военные тоже. Отчасти потому, что это правда — так ведь все было на самом деле. В то время ты либо шел по такому пути, либо мог вообще исчезнуть. Историю нужно помнить. Хорошо, что нам это показывают без приукрашивания. Это сейчас у тебя есть выбор — можешь стать кем угодно. А тогда очень мало было вариантов, особенно если ты из глубинки. Куда-то вырваться было очень тяжело. Поэтому это хорошие фильмы, которые многое показывают. Понятно, что образ героев выстроен так, что мы им сопереживаем. Но по большому счету кто из нас не хотел бы такой братвой ходить, быть крутыми? Мне кажется, все пацаны в детстве мечтали о своей банде, бригаде.
— Кто из «Бригады» тебе ближе всех?
— Саша Белый, конечно! Такой вожак, с крутыми ребятами. Но каждый должен быть самим собой. Можно примерять на себя роль кого угодно, но круто, когда ты занимаешь свое место.
Уже думал попробовать себя в кино, но футбол победил
— Ты и сам снимался в кино в эпизодических ролях. Есть ли желание развиваться в этом направлении дальше?
— Такие мысли были, если честно. Особенно в период, когда не понимал, продолжу карьеру или нет. Думал попробовать пойти в кино. Меня часто зовут, очень много предложений, в том числе на главные роли. Чуть ли не целый фильм готовы под меня делать! И это был бы интересный опыт. Я даже готовился к нему. Но футбол победил, скажем так. Опять же не без участия Леонида Гольдмана, который до последнего не сдавался и нашел вариант с «Акроном». Я-то уже, честно говоря, смотрел в сторону кинематографа.
— А не думаешь, что актерскому мастерству нужно учиться?
— Я так думал. Но мой ближайший друг из актерской среды Максим Лагашкин говорит, что можно и без образования специального обойтись по большому счету. Какие-то нюансы, наверное, стоит шлифовать, но в целом, он говорит, можно сниматься без образования. Хотя мне кажется, что надо каким-то азам обучиться все равно.
— Есть роль мечты?
— Я бы хотел сыграть какого-нибудь варяга или викинга. Чтобы было побольше драк с мечами. Люблю все историческое с драками! Я бы хотел захватить что-нибудь… Константинополь или еще что-то.
— Раньше был стереотип, что российский футбол и кино на одинаково низком уровне. Назови свой топ-3 картин, которые нужно посмотреть.
— С недавних пор я повернулся к российскому кинематографу. Но не настолько хорошо, чтобы сейчас выбрать что-то. Я все-таки больше направлен на американское кино. Если выбирать три из них, то это будет «Храброе сердце», «Хижина» и все части «Властелина колец» с «Хоббитом».
— Ты шесть лет назад сказал, что российское кино не смотришь. С тех пор поменял мнение?
— Да. Сейчас качество улучшилось. Мне нравятся наши сериалы, начиная от «Интернов» и заканчивая «Телохранителями». Меня всегда разрывает хороший юмор. Наши исторические фильмы тоже нравятся. «Сердце Пармы», например. Тяжелые фильмы Быкова тоже посмотрел. Из сериалов еще выделю «Метод» с Константином Хабенским, «Бар Один звонок» с Козловским. Лагашкина, которого я уже упоминал, смотрю практически везде, потому что мы дружим. С Даней Козловским знаком, мы общались одно время — с ним стараюсь все смотреть. С Сашей Петровым общаюсь — тоже всегда хочется посмотреть на него. Те же «Жуки», «Патриот». Наши очень неплохо делают смешные, классные сериалы, которые затягивают.
— Какой фильм ты показал бы своим детям?
— «Брат» и «Брат-2» точно. «Бригаду» тоже, когда придет время. «Бумер», наверное, тоже. Но мы опять будем ненавидеть героя Мерзликина. Хотя как человек и актер он очень классный. Но после этой роли его все ненавидели года два, мне кажется.
— Он и дальше играл неприятных персонажей.
— Но думаю, ту скотину уже не переплюнуть никогда и никому.
«Анора» — ужасный фильм, смешно номинировать это на «Оскар»
— Ты, кстати, следил за успехом «Аноры»? Там же наши Юра Борисов и Марк Эйдельштейн.
— Да. Но, по-моему, это катастрофа. Прям ужас. Номинировать это на «Оскар» — просто смешно. Что в нем такого? Банальнейший сюжет. Да, Юра Борисов — замечательный актер, но там у него три слова. И играет какого-то быдлана. Даже армяне эти более харизматичные. По большому счету фильм вообще ни о чем. И это признают все наши мэтры, с кем ни поговоришь. Это не «Оскар». Даже не рядом!
— Кто-то считает, что это хорошее массовое кино.
— Да хватит! Людям просто «впаривают» это. Если фильм не очень, надо говорить, что это не очень. Если ты смотришь какой-то матч и матч говно, то не надо рассказывать, что он лучший. Я вот посмотрел «Анору» и знаю тысячу человек, которые просто плевались. Потому что это потерянные полтора часа жизни. Фильм ужасный! И когда нам рассказывают, что это шедевр… Нет, это не шедевр. И я буду одним из тех, кто говорит правду.
— Почему герой Юры Борисова — быдлан? Он же, наоборот, хорошего русского парня играет.
— Да, но он там два-три слова за весь фильм промычал и не раскрылся как актер. Он намного круче в других картинах. После этого я посмотрел с Юрой Борисовым, наверное, фильмов пять, где он был намного разностороннее и интереснее.
— Ты понимаешь его популярность?
— Может быть, пиар-агентство… Но он в принципе, как я уже сказал, хороший актер. Одно время у нас Даню Козловского превозносили. Саня Петров всегда был на хайпе. Макс Лагашкин сейчас тоже на заслуженном хайпе. Юра Борисов — талантливый. Я вообще всегда рад, когда наших признают, особенно в Голливуде! Даже видел отрывки из его старого интервью, где он говорил: «Кому я там нужен?» А сейчас у него дай бог все пойдет, и я буду только счастлив. Горжусь им как своим соотечественником. Но конкретно «Анора» — далеко не лучший его фильм. Если кому-то это понравилось, я вам сочувствую.
— Мы сейчас не про твою рецензию на «Анору», но ты понимаешь, почему многим так нравится принижать свое же? Кино, футбол…
— Да просто много озлобленных людей! Потому что денег в одно время очень много выделяли в футбол… В кино всегда выделяют много. И об этом постоянно говорят: мол, тратят много, а снимают ерунду. Давайте даже «Елки» возьмем. На каких «Елках» можно было понять, что это нерабочая тема? Сейчас понятно, что любой российский фильм зайдет в прокате, потому что «рубят» иностранные картины качественные. Сейчас сними любое — и люди пойдут. Потому что ты приходишь в кинотеатр и говоришь: «А что есть?» — «Елки-12»! И пойдут, потому что ты уже пришел с семьей и думаешь: «Ну, ехали час, давай сходим». Вот так это работает. И это надо признавать. Есть хорошее, качественное кино, а есть — нет. Поэтому, думаю, и «Елки-100» снимут!
— Дмитрий Нагиев сказал, что его привела в этот проект собственная алчность.
— Он хотя бы это признает. И я уважаю такую правду. Лучше сделать что-то [неудачное], но признаться в этом. А не рассказывать про «потрясающий фильм». Иногда меня самого приглашают куда-то, и вроде хочется пойти на премьеру, а потом у кого-нибудь спрашиваешь из актерского состава — и тебе говорят: «Не стоит». Я за то, чтобы если получилось не очень, то честно об этом говорить. Не надо друг другу врать и рассказывать, что это шедевр. Нет!
Можно сказать, что я и сам диванный кинокритик, но народ не обманешь.
Меня больше всего раздражает, когда в «Кинопоиске» смотришь, и там оценка фильма от IMDb — 5,0, а наша — 7,8. Думаешь: «Где-то кто-то балаболит…» Тем не менее наше кино стало в разы лучше, но критиковать все равно будут. И больше всего критики от людей, которые ничего не делают. Проще всего всегда критиковать.
Вот возьмем «Майор Гром». Круто снято, крутые спецэффекты. Сам майор Гром высокий, двухметровый! Круто, но все равно чего-то не хватает. Может быть, сценарий поинтереснее придумать. Тем не менее смотришь и думаешь, что как будто не наши сняли. А могут же!
Вспомните «Темный рыцарь» Нолана. Это же шедевр! А как Хит Леджер сыграл Джокера! Но опять же в разговоре с актерами я понимаю, в чем прелесть американского кино. Там дают за роль 20 миллионов долларов, и к ней готовятся год. Или похудеют, или наберут килограммов сорок. И сыграют кого угодно! А наши с пузом во все фильмы: «Карлсон? Я! Мальчика? Тоже я! Почтальона Печкина? Я». Мне хотелось бы, чтобы они не снимались в нескольких фильмах параллельно, а подходили к роли иначе. Да, мы не делаем таких масштабных фильмов, чтобы актер ради этого перестраивал свой режим, но в этом же и есть суть, когда люди внедряются в свое ремесло. И я уверен, что у нас есть много талантов. Просто нет таких масштабных ролей.
Болельщики говорят: «Да ну что это за футбол?!» Так и вы не поете, как на «Олд Траффорд»
— Нужно ли нам при всем этом любить свое кино?
— Конечно. Ведь самое смешное, что больше всех критикует тот, кто живет этим. Футболом — журналисты, комментаторы, болельщики. Понятно, что без болельщиков никуда, но когда они начинают массово говорить: «Да ну что это за футбол?!» Так и вы не поете, как на «Олд Траффорд» или «Энфилде»! Давайте честно. Я был на чемпионатах мира и Европы, и, когда мы играли с Уэльсом или Англией, наших не было слышно. Мы только перед игрой выдавали «Калинку». Как только начинался матч, ты как будто в гостях. На Евро-2020 в Санкт-Петербурге против Финляндии ощущали, будто играем в Хельсинки. Горстка их болельщиков так орала! И ты смотришь и думаешь: «Как эти пять тысяч визжат на весь стадион?».
— А потом была еще и Дания.
— Для меня это вообще номер один из всего, что я видел за всю карьеру. Во время игры не слышал абсолютно ничего. Когда бил пенальти, мне даже Саня Головин сказал: «Как ты ударил вообще? У меня уши заложило». А я и сам обалдел. Когда они нам забивали — а забили они много, — там так пивом обливались! Даже бабушка на трибунах, которую, извиняюсь за выражение, смерть посрать отпустила на игру, пивом обливалась! Я не видел такого. За сорок минут до начала выходишь на разминку, а уже полный стадион. Поют, пиво пьют, веселятся. Те же комментаторы эмоциональнее, а не как наши: «Вчера… Ой, кстати, гол, но мы не об этом. Вчера встретил Серегу…» Они-то что рассказывают?
Возвращаясь к кино: если его не станет, что будут делать кинокритики?
— Все эти люди помогают развивать индустрию.
— Обсирая свое же болото? Просто мы живем в мире, где проще продвигать негатив, потому что он более кликабельный. Мы куда уходим? Это же бред. Всех ветеранов возьми — все плохо, особенно в футболе. А в хоккее, например, такого нет. Там очень уважительно. Если ты придешь к ним в эфир и один раз скажешь что-то, то тебе дадут «желтую карточку» — говорите хорошо, гадости и глупости не надо. Скажешь второй раз — больше не позовут никуда. И это круто. Они потому и развиваются. А большинство наших футболистов сейчас сидят озлобленные. Возьми особенно самых старых ветеранов. Я когда буду старый, не хочу быть таким же. Я по такому принципу могу Месси с Роналду обосрать. Но это же будет глупостью.
— В роли эксперта себя сейчас пробует Смолов. Как он тебе?
— Я мало смотрел. Что-то попадается в рилсах или еще где-то. Но к нему на программу приходят футбольные люди. Для меня открытие в последнее время — Паша Мамаев. Я его знаю с детства. Но даже на фоне экспертов, которые обсуждают Лигу чемпионов в студии, Паша просто профессор Гарварда или Оксфорда. Он говорит банальные вещи, но так грамотно! И это прям вау!
Хотим мы или нет, но мы смотрим на Запад. Музыку, фильмы мы чуть-чуть подворовываем с Запада, из Америки — это нормально. Если они делают лучше, почему мы не можем это использовать, но делать со своей изюминкой? Так и здесь, например, ведущие — Каррагер, Анри, Ширер. Они рассказывают вещи и подмечают нюансы, которые обывателю не сразу понятны, но интересны. У нас что? Это же вообще… На сто процентов знаю, что наши эксперты, пока их пудрят перед эфиром, узнают счет матча. И говорят: «Хорошая боевая игра, все понятно». Абсолютно банальные вещи. Так и я могу. И рыбак с удочкой может так же. Это ни о чем!
Где такое видано, как у нас, что Дима Губерниев 17 видов спорта обозревает?
— Так он главный обозреватель страны.
— О чем и говорю. Он футбол же вообще не понимает, смотрел его один или два раза. Я тоже могу на балет смотреть, но я не понимаю нюансов — в какой момент ошибка, а где нет.
— Оцениваешь на уровне «красиво» или «некрасиво».
— Именно. Так и здесь. У меня недавно друг пришел на хоккей в Санкт-Петербурге, говорит: «Понял, каково людям смотреть футбол. Я вот следил за хоккейным матчем, но не в курсе нюансов — в какую клюшку кто и как отдал, кто в порядке. Выиграли — молодцы. Проиграли — говно». И так смотрят все!
Так же происходит и с кино! Как сейчас смотрят фильмы? Постоянно в телефоне, изредка поглядывают на экран: «Да говно, переключай!» Так ты же пропустил все диалоги. Сейчас и эти короткие ролики влияют — люди перестали заострять свое внимание. Мы уходим в негатив, нам хочется большего — а это неправильно. Все это неправильно, но никто не обращает внимания.
Говорят, такое поколение сейчас: «Да не иди на улицу, дома посиди». В итоге по улицам ходит только банда Гарри Поттеров. (Артем показал жест с демонстрацией очков — Прим. «СЭ») Это тоже неправильно! Да, мы не уйдем от того, что дети могут поиграть в Counter Strike или Dota2, но все должно быть дозированно. Например, своих сыновей отправляю на улицу, особенно старшего: «Иди подыши воздухом, мячишко попинай, почекань». Средний и младший еще носятся, а старшему 12 лет, его уже надо заставлять. Ему проще зайти в Counter Strike или Dota2 — там он, конечно, в порядосе.
В нашей стране женщина дома вся в мыле, но надо куда-то выйти — вот это бомба!
— Ты воспитываешь детей так же, как воспитывали тебя?
— Нет, столько «люлей», как мне, раздавать не могу. Когда смотришь фильмы «Батя» и «Батя 2», узнаешь себя — так ведь и было, особенно у моего поколения! Как сейчас говорят: «Ой, у меня что-то с настроением, не с той ноги встал…» Ага, дед или батя тебе быстренько поднимут настроение с той ноги! Пару «апперкотиков», с ножки в «дыхалку» прилетело или ремень рядом просвистел — очень бодрит. Сразу с той ноги встаешь, депрессия моментально пропадает.
— Хотелось вернуться к теме кино…
— «Анора» — говно. Это уловили?
— Уловили, но с оценкой не согласны. Выше среднего — как минимум.
— Значит, вы фильмы нормальные не смотрели. Все понятно.
— В шоу «Натальная карта» ты сказал, что не понимаешь женщин, которые ведут социальные сети. От женского пола реакции не последовало?
— Нет, я же готов к диалогу. Они, конечно, могут кричать: «Ой! Восстание!» А потом: «Тю-тю-тю, какой ты классный». Это надо воспринимать нормально. Я остаюсь при своем мнении. Бывали дискуссии с мужчинами, женщинами. Звучит вопрос: для чего женщинам выставлять свои фотографии на всеобщее обозрение? Слышу в ответ: почувствовать уверенность, чтобы меня похвалили. Это же абсурд! Тебе недостаточно твоего мужчины? Мне понравилось выражение мусульман, которые говорят: «Наши женщины на улице спрятаны — но красивые дома». А в нашей стране женщина дома вся в мыле, но надо куда-то выйти — вот это бомба! Мы забываем суть, ищем похвалу не там.
Кстати, еще часто говорят, что о них якобы не так подумают. Нас же воспитывали, грозили пальцем и говорили, что соседи сейчас все услышат. Должно быть все равно вообще на чье-либо мнение, кроме своего окружения! И похвала, и ругань за пределами близких — это ложь.
Например, у девушки есть мужчина. Она же должна принадлежать только ему? Понятно, что она прежде всего красивая для себя — не для кого-либо другого. Но для чего выкладывать свои полуголые фотографии? Это просто ненормально.
— А если обычные фотографии? Например, с семьей?
— Для чего? Чтобы посмотрели, как все хорошо? Мы же видели эти ситуации: «Смотрите, какая у меня замечательная семья! Мы и в Лос-Анджелесе, и на Алтае». Бац! Через месяц развелась.
— Раньше ведь у каждого был фотоальбом. Приходили в гости, листали, смотрели.
— Друзья и подруги и так о тебе все будут знать. Они позвонят и спросят: «Как ты там, дорогая?» У вас может быть и свой чат с подругами, где вы отправляете фотографии. Это я понимаю. А зачем выставлять для посторонних людей? Это слив энергии. Кто-то и детей показывает в социальных сетях, таких тоже не понимаю. Есть же злые люди, которые могут написать гадости. И зачем все это показывать? Смотрите, как я красиво живу? А какая у меня грудь! Для чего? Никогда не пойму. И главное, что ни одна женщина мне этого не объяснила. Все говорят, что им так хочется. Так мужу своему показывай!
— В шоу вы договорились: если выпуск наберет 22 миллиона просмотров, ты разрешишь супруге завести соцсети.
— Ей и так разрешено — не было такого, что ей кто-то что-то запрещал.
— Ты знаешь, сколько сейчас просмотров?
— Нет.
— Почти 22 миллиона.
— Они накручивают, все это знают! Пусть покажут мне все официально… Они там крутят как боги. Но повторюсь, жене никто не запрещает [вести соцсети]. Она самостоятельная взрослая девушка. Если заведет соцсети, это не будет шоком. Но она все понимает сама. Если в какой-то момент она решит появиться в социальных сетях — это ее право. Будут применены санкции (смеется).
— При этом к тебе всегда очень много женского внимания. Как на это реагирует супруга? Привыкла?
— Наверное, в целом болезненно. Но она научилась подходить к этому с юмором, стала воспринимать легче, чем раньше. Смирилась, что подобное происходит. Мы живем в такое время, что парню можно ничего не делать — девчонка сама его заболтает. Все меньше такого, что парень должен завоевать девушку. Хотя и есть много хороших девчонок, за которыми надо ухаживать. Но как сейчас происходит чаще всего? «Ой, пойдем в кино? Или, может, лучше у меня посмотрим?» Оп-оп — и добрый вечер.
В общем, жена нормально относится к ситуации вокруг, но иногда определенные нотки проскальзывают. Я сразу же говорю: «Спокойно».
— А что с социальными сетями для детей? Ограничения есть?
— Да, но полностью — невозможно. Например, матом же тоже ругаться нельзя, но в школе они все равно все узнают. Иногда даже записываю за ними: «Так, стоп, что сказал?» Оп, и записал. Дома ругаться матом запрещено, но и то проскальзывает…
Они играют в Roblox, еще во что-то. Хотя это пытаются закрыть, но дети обходят. Я же в любом случае стараюсь дозировать, забираю телефоны. Иначе слишком погрузишься в этот виртуальный мир.
— Многие родители обрадовались блокировке Roblox.
— Я тоже. Есть же еще какой-то Standoff, они меня заставляли играть. Но я спокойно отношусь ко всему — главное, чтобы все было в меру. В Roblox единственное, что раздражает, — там пишут всякие неадекваты и извращуги. Это пугает и раздражает, не дай бог так нарваться. Но мои пацаны — подкованные ребята, им палец в рот не клади. В этом плане они пошли в меня — бойкие ребята.
Кварацхелия давно не помнит, как зовут Слуцкого
— Обратили внимание, что один из твоих сыновей занимается в академии «Динамо».
— Это моя гордость. Он прям динамовец!
— Почему «Динамо»?
— Выбирали лучшие школы. На слуху сейчас «Чертаново» и «Динамо». Остановились на второй, там и клуб с большой историей, и территориально недалеко от дома. Могли попробовать и в «Локомотив», и в «Спартак». Но я сам был больше за «Динамо».
Еще младшему у меня будет пять лет, он левша. А левая нога в футболе — это преимущество. На него у меня тоже ставка.
— В «Локомотиве» или в «Спартаке» могут быть проблемы с зачислением?
— Не думаю. И в «Динамо», если захотят, тоже могут что-то «притянуть». Например, я же был одним из творцов вылета «Динамо» из РПЛ. Можно сказать, лично их похоронил. Так что вариантов, чтобы докопаться, много. Но я считаю, что дети не должны отвечать за родителей. Это глупо.
— В «Акроне» много молодых ребят. Нам рассказывали, что ты проводишь много времени с ними. Почему?
— Они меня очень любят, зовут или «папа», или «старший брат». Они мне очень нравятся, хорошие ребята. Мы можем посидеть у меня дома, посмотреть футбол, поиграть в Counter Strike, сходить в кино, в боулинг. Им это приятно, они многое узнают. И мне нужно понимать, чем дышат ребята, в какой момент жизни им помочь. Они знают, что у них есть мое плечо не только на футбольном поле, но и в жизни. Я всегда подстрахую, стараюсь вбить им в голову определенные вещи. Сейчас им нужно полностью себя посвятить футболу. У многих ребят не хватает старшего товарища, который направит в правильное русло. Соблазнов много, важно, чтобы ребята выстрелили. Я буду гордиться, когда через несколько лет парни заиграют в больших клубах, а я посмотрю на них по телевизору с осознанием, что приложил руку к их развитию.
— Леонид Слуцкий так рассказывает про Головина, Эдегора и Хвичу.
— Он уже надоел всем. Кварацхелия давно не помнит, как Слуцкого зовут. Какой-то полулысый бегемот три дня Хвичу видел и теперь ходит и всем рассказывает, что он сделал из него игрока, ха-ха!
При этом надо признать, что Головина правда сделал Леонид Викторович. Я помню, как он появился в сборной, даже немного искусственно — тренер видел в нем огромный потенциал. На Евро-2016 он набил те шишки, чтобы к ЧМ-2018 мы увидели Головина, которого знаем сейчас. Так что можно признать, что Головин — это продукт Слуцкого. Но все остальные — Эдегор, Кварацхелия… Это Леонид Викторович уже перестал таблетки пить, деда понесло.
— Как тебе сейвы Матвея Сафонова в финале Межконтинентального кубка?
— Приятно удивлен, даже шокирован. Историческое достижение, но интересно, как сложится дальше. Повезло, что Доннарумма ушел. Мне кажется, Луис Энрике слишком поверил в себя. Отсутствие Доннаруммы сыграет решающую роль в том, что «ПСЖ» не выиграет Лигу чемпионов. Энрике забывает, как Джиджи их вытащил с «Арсеналом» и «Ливерпулем». В футболе личности решают, а Энрике думает, что он настолько гений, что справится без Мбаппе и Доннаруммы. Дурманит человека, с победами он становится небожителем. И Леонид Викторович, кстати, так же думает…
Шевалье будут тащить, потому что свой. Но Сафонов точно не хуже Шевалье. А может, даже и лучше.
У меня нет 20 охранников, я не прошу никого целовать мне перстень
— Ты принимал участие в съемках «Империон» Лиги Ставок. Как тебе опыт?
— «Имерион» вообще клуб тех, кто вершит историю. Там очень атмосферно получилось снять, крутая локация, закрытый клуб, очень красиво. Интересный опыт, мне понравилось. Снимались с Ильей Ковальчуком, между дублями сидели и болтали. Было интересно и забавно.
— Ты являешься амбассадором Лиги Ставок. Что ты должен делать по контракту?
— Много обязанностей. Участвовать в мероприятиях — например, я посещал «Лигу Ставок Media Basket». Еще — выставлять публикации в социальные сети, высказывать мнение о матчах, делиться информацией о команде, сниматься в рекламе, проводить автограф-сессии. Стараюсь все выполнять, мне нравится взаимодействие с людьми. Они видят, насколько я простой и добрый. У меня нет 20 охранников, я не прошу никого целовать мне перстень.
Мне одновременно нравится и расстраивает, что люди удивляются моей простоте. Я считаю, что так и должно быть, но существует много персонажей, у которых такое самомнение… В этот момент хочется оказаться рядом с ними, рушить их мифы, что они какие-то нереальные. Самое крутое — это человечность, быть добрым. Мы все одинаковые. Для меня неприемлемо делить людей по каким-то категориям.
После того самого видео меня пытались сломать
— Расскажи о самом памятном телефонном разговоре в жизни.
— Со Станиславом Саламовичем Черчесовым перед ЧМ-2018. Я же думал, что меня не вызовут! А разговор… На самом деле это был 25-минутный монолог Черчесова, а я только успевал: «Ага. Да… Угу». При этом нереально вспотел — будто под ливень попал. Понимал, что решается вопрос моего участия в турнире.
— Спорить было невозможно?
— Перед чемпионатом мира я и не хотел.
— Если бы у тебя была возможность дать один совет следующему поколению, что бы ты сказал?
— Больше общайтесь вживую, встречаетесь, гуляйте, веселитесь. Ходите в рестораны, сидите на лавочках. Важно живое общение, чтобы и знакомились вживую, и общались, и уходили от социальных сетей.
— Есть ли момент, за который ты можешь сказать сам себе: «Артем, ты красава»?
— Таких много. Но главное — то, что происходило после того самого видео…
Меня пытались сломать. Сразу был матч с «Краснодаром», когда фанаты гудели и давили. А я не забил пенальти. В перерыве Магомед Оздоев меня поддержал. Замен у Семака не оставалось. Бывает, что все валится из рук… Ничего не получается. Но это был, наверное, единственный раз за всю карьеру, когда я смог перебороть себя, забил решающий мяч. Это большая победа и гордость. Был на грани между пропастью и воскрешением. Горжусь, что все получилось!
— В какой самый странный миф о тебе люди верят?
— Часто в ресторанах подходят и аккуратно спрашивают, можно ли со мной сфотографироваться. Они мне говорят, что есть слух: «Дзюба — токсичный, неприятный, к нему лучше не подходить». Но это миф! Ни разу за 37 лет не было такого, что я в чем-то отказал, проявил негатив. Мои проблемы не должны касаться окружения. Если ко мне человек подошел в тысячный раз, я могу раздражаться внутри, но никогда этого не покажу. Кто-то думает, что я улыбаюсь из-за того, что пытаюсь показаться лучше, чем я есть. Это не так.
— Самое трудное решение в жизни?
— Когда переходил из «Спартака» в «Зенит» — это было кошмарное время…
— Если бы можно было оставить одно сообщение людям, которые будут говорить о тебе через 20 лет, что бы ты сказал?
— Улыбайтесь и будьте счастливы. С добрыми сердцами. Старайтесь меньше злиться, меньше обижаться. Если у вас есть обиды — проговорите это с человеком. Очень многие проблемы можно решить одним разговором. Мы же все смотрим под разными углами. Главное — общаться. Если есть сомнения, скажи об этом в лицо — так ты решишь тысячи конфликтов.
— В какой момент ты понял, что тебя будут обсуждать и оценивать, а не пытаться понять?
— Скажу честно, мне вообще по барабану [на таких людей]. Хоть миллиард человек будет против — меня невозможно оскорбить или задеть. Есть миф, что я на кого-то обижаюсь. Но я считаю, что человек может выбирать, с кем он хочет общаться, а с кем нет. Если кто-то говорит гадости, зачем мне ему что-то доказывать? Для чего? Может, он по-другому не может, раз в нем столько говна. Я лучше изолирую себя от таких людей. Они мне неинтересны.
Знаю, что любое мое слово будут обсуждать. Пусть говорят! Можете называть меня как хотите — яркий, токсичный, как угодно. Но я кайфую от того, что я могу делать, что хочу. И говорить, что думаю. В любой компании! Вы никогда не увидите, что я где-то на людях играю. Говорю то, что считаю нужным, а правильно это или нет — судить не мне. Свобода человека в этом и заключается.
— Кем тебе оставаться сложнее всего: собой в обычной жизни или Артемом Дзюбой, которого все знают?
— Наверное, тяжелее быть Дзюбой. Давно иду к тому, чтобы убивать свои слабости и пороки. Но у Дзюбы больше ответственности. Иной раз тяжело даже зайти в кафе — везде на тебя смотрят; не получается расслабиться и поесть рукой пирожное, например. Дзюбой быть сложнее, потому что нужно подавать пример — нельзя вести себя развязно, выпить шампанского или вина. Молодые могут увидеть, понять неправильно. Все-таки спортсмен. Алкоголь я впервые попробовал в 32 года, в пандемию. Мне стало интересно попробовать вино. Спортсмен — это элита, он должен быть здоровым. Хотя в «Милане» или «Ювентусе» и курят, и пьют — ничего не мешает. Это все стереотипы. Например, старшее поколение говорило: «Кто не курит и не пьет, тот в состав не попадет». Я считал иначе.
Сложнее быть Артемом Дзюбой, но в этом и прелесть. Если ко мне люди так относятся, узнают, значит, я делаю что-то правильно. Раз вызываю ажиотаж… У женщин — понятно (улыбается). Но и у молодого поколения. Мне нравится, что многие тянутся не только для того, чтобы быть хорошим футболистом, но и разносторонним человеком, личностью. Многие слишком сфокусированы на одном, а нужно стремиться к разнообразию.
Авторы: Артем Бухаев, Дмитрий Барулев
