— Нам пришлось все строить с нуля, потому что физически он был небольшого роста — нужно было дать ему время на развитие. Кроме того, ему необходимо было понять свой стиль игры, ведь он играл очень мало. До 14 лет он тренировался три раза в неделю.
Наш подход заключался в том, чтобы очень много работать над техникой и добиваться того, чтобы удары с задней линии были максимально чистыми и прямолинейными, потому что, когда я впервые его увидел, то сразу сравнил его с Ноле. Он стал ориентиром. Я работал с Джоковичем год, когда тому было 17 лет, у меня были все видео, и [Синнер] был очень на него похож.
Я всегда хотел понять, как эти игроки могут побеждать топ-2. В тот период Рафа, Роджер и Ноле доминировали в теннисе. Мне посчастливилось тренировать Ноле, а Янник — игрок, который больше похож на Ноле, чем на Рафу и Роджера, поэтому я постарался понять, как Ноле выстраивал свой теннис, как развивался в игре. Мы работали в этом направлении.
Яннику повезло, что, когда я тренировал Марию [Шарапову], он был рядом, наблюдал, получал много информации. Я заставлял его играть с Милошем Раоничем, когда тот был третьим в мире. Он переживал все эти ситуации, иэто очень пригодилось ему в дальнейшей карьере.
— Ты объяснил себе, почему Карлос Алькарас выиграл «Большой шлем» раньше него?
— Пока я работал с Янником, мы ездили с врачом и Далибором Сиролой, который занимался физической подготовкой, потому что это было самое важное. Он еще рос физически. Поэтому Далибор вместе с Клаудио Зималья решили не перегружать его физически, иначе у него возникли бы проблемы. Карлос, мне кажется, от природы гораздо более предрасположен к силе, и поэтому биологически созрел раньше.
