— Стратегически полезная победа или хотелось все-таки избежать такого в самом начале?
— Когда выигрываешь — конечно, охрененно. Если бы проиграл — конечно, хотел бы избежать. А когда победил в таком матче первого круга, конечно, это дает уверенности. Челлендж прошел. Если бы знать заранее, что будешь выигрывать, я бы всегда так делал. Иногда, как и всем, хочется полегче, но, когда получается такие матчи выиграть, они дают тебе намного больше, они намного ценнее.
— Вы опять играли на седьмом корте. Как сейчас относитесь к такому, когда снова попадаете на него, на маленький?
— Да, в прошлом году на нем были первые два матча тоже. Но сейчас уже все равно. Года четыре, лет пять назад расстраивался, что не тот корт, не то время — избалованный был. А сейчас уже все равно.
— Нам удалось сесть рядом с вашим боксом.
— Хах, классика.
— Очень хорошо слышали подсказки Марата. Впечатление, что он вас и пересобрал в четвертом сете. Вы вообще в игре слышите, что он говорит, особенно при такой жаре?
— Очень плохо его слышал, потому что на корте шумно. Слышал, только когда прям подходил к нему, два или три раза. Мне нравится, когда он подсказывает. Сработало — значит, сработало.
— У вас, такое ощущение, еще язык жестов очень развит. По крайней мере, Марат постоянно что-то показывает: длину, направления, что-то про вращения. Вы вообще понимаете, что он имеет в виду?
— Понимать-то понимаю. Но вот не всегда делаю! Он легко, банально все показывает — с пониманием проблем нет. А вот с выполнением…
— Теперь в ходу фраза Марата: «Ты слишком его уважаешь».
— Ага, почти так [и звучало] (на самом деле ##### уважаешь, о Франсиско Серундоло — Спортс«“).
— Вы только в матчах над этим работаете?
— Да тут больше дело в том, что в жизни, вне корта. Как ты ведешь себя, как подаешь. Все взаимосвязано, поэтому везде потихоньку двигаемся, — передает слова Рублева корреспондент корреспондент Спортса«» Андрей Васильев.
Дурка у Сафиуллина, Рублев выжил, Касаткина «вылезает из дерьма». Главное с «Ролан Гаррос».
