«Единственный косяк был на этапе Гран-при»
— В начале января вы заметили, что Костылева «в очень плохой форме». Нужен ли был ей в таком состоянии старт на Мемориале Грушмана?
— Обязательно. Без соревновательной практики участвовать в первенстве России в Саранске в начале февраля не имело бы смысла. Старт в Санкт-Петербурге рассматривали как контрольный прокат. Он был необходим для того чтобы фигуристка четко понимала, на каком уровне она сейчас находится. Короткая программа получилась хорошо, в начале произвольной были великолепно исполнены три элемента ультра-си. На вторую половину у Лены просто не хватило сил.
— Сколько времени не хватило для того, чтобы набрать форму?
— Дней 7−10. Хотя любой тренер скажет, что времени всегда мало. Ко мне Лена вернулась просто в катастрофической форме. После того как она выступила в нашем шоу «Спящая красавица», долго ее не видел. На первых тренировках увиденное не порадовало.
— Во время чемпионата России, когда вы рассказывали о расставании со своей ученицей, подчеркнули, что не исключаете возвращения. Как оно происходило?
— Лена написала мне, поздравила с Рождеством. На шоу мы увиделись, обнялись и поняли, что расставаться не стоит. Она мне как дочка. Когда Лена написала о желании вернуться, ответил, что никуда ее и не выгонял. Вернулись к работе и продолжаем работать.
— Вернулась ли семья Костылевых в коттедж на территории академии «Ангелы Плющенко» и понадобилось ли заключать новый договор с ее родителями?
— Пока все на честном слове. У нас долгое время все и так было хорошо. И каталась Костылева, тренируясь у меня, хорошо. Единственный косяк был на этапе Гран-при России в Омске. Туда Лена приехала в хорошей форме, идеально откатала короткую программу, но с произвольной не справилась. Через такие неудачи должен пройти любой спортсмен, и родители фигуристки должны это понимать. Мы все достаточно спокойно отнеслись к результату на Мемориале Грушмана. Ведь изначально рассматривали его именно как контрольный прокат. А живет семья Костылевых в нашей олимпийской деревне, где, поверьте, созданы все условия и для спортсменов, и для их близких.
— На первенство России в Саранск поедете уже с серьезными задачами?
— Мы на любые соревнования едем с серьезными задачами. Другое дело, что они ставятся в зависимости от готовности фигуристов. Первенство России для Костылевой — главный старт сезона. Естественно, будем настраиваться на борьбу за самые высокие места.
«Трусовой комфортно с Тутберидзе»
— Большое впечатление на Мемориале Грушмана произвело сальто в исполнении другой вашей ученицы Любови Рубцовой, выступавшей среди взрослых. Нужны ли такие рискованные элементы в фигурном катании?
— Если мы включили сальто в постановку, значит, оно нужно. Рубцова — единственная девочка, которая сегодня в России исполняет этот элемент. Когда его впервые в мире исполнила француженка Сурия Бонали, это воспринималось как экзотика. Сегодня у девочек пока еще такое же отношение.
При правильных тренировках освоить сальто не так уж сложно, и этот элемент не такой уж рискованный. Сам хочу его освоить, чтобы демонстрировать в шоу. У нас работают хорошие тренеры по акробатике, которые показали на собственном примере шикарный уровень. Уже пять девочек из нашей академии на тренировках делают сальто. Думаю даже своего Санька готовить к исполнению этого элемента.
— Большой резонанс вызвало возвращение Трусовой к Тутберидзе, а также ее желание объявить тренером еще и вас. Как это отразится на Макаре Игнатове?
— Пока жду. Они ведь неразлучная пара, а ездить из Горок в Ясенево каждый день невозможно. К решению Саши отношусь с пониманием. Она вернулась к тренеру, с которой долго работала и с которой ей комфортно. Свою лепту в ее возвращение в спорт после родов внес.
— Живут-то Александра и Макар в вашей олимпийской деревне?
— Апартаменты не сдали, но с учетом планов возвращения Саши в спорт, думаю, они переедут поближе к академии Тутберидзе.
— О переходе в «Ангелы Плющенко» объявили Косторная и Куница. Вы будете тренировать парников?
— Ребята продолжат тренироваться у своего тренера Сергея Рослякова, который будет приезжать к нам на базу. Привлечем при необходимости и других специалистов. Сам буду работать с Аленой и Георгием над пркуницаыжками. В парные элементы лезть не рискну. Мне это не нужно, да и не интересно.
— Можно ли ожидать, что мы увидим параллельный тройной аксель в исполнении Косторной и Куницы?
— Пока рано говорить о прыжковом контенте этой пары. Еще даже не видел ребят, которые в начале января выступали в шоу. Не знаю, в какой они форме, как тренируются, есть ли желание и кураж, чтобы освоить что-то новое. На словах они готовы. Посмотрим, как будет на деле.
— Будут ли в академии и другие спортивные пары? И рассматриваете ли вы расширение танцевальной группы, с которой работает Наталья Линичук?
— Планов много, и в том числе, по развитию отделений танцев и спортивных пар. Будем идти шаг за шагом. У нас уже льда не хватает, и нужно строить еще одну ледовую арену. Много детей, много одиночников, которые уже готовы выйти на серьезный уровень.
— В 2006 году вы стали олимпийским чемпионом в Турине. Через 20 лет на Олимпиаде в Италии выступит Петр Гуменник. Какой совет вы бы дали ему?
— На Мемориале Грушмана посмотрел только короткую программу в исполнении Гуменника. Советовать даже с учетом опыта участия в четырех Олимпиадах ничего не буду. И без меня советчиков хватает. Хочу просто пожелать Петру, к которому отношусь с огромным уважением, удачи.
