Футбольную Францию давно и по делу считают страной одного клуба. «ПСЖ» — с миллиардами арабских денег Нассера Аль-Хелаифи — император Лиги 1: с 2012 года парижане только два раза не отнимали титул лиги (уступали «Монако» и «Лиллю»), все внутренние трофеи потоком идут именно в столичный клуб. В прошлом сезоне футболистам Луиса Энрике наконец дался и «ушастик» ЛЧ. В этом сезоне французы пойдут за вторым: в финале Сафонов и компания зарубятся с чемпионским «Арсеналом».
Внутри Франции у парижан действительно не так много конкурентов. Пожалуй, главный сегодня — «Ланс» с севера страны. Клуб прописан в крошечном 30-тысячном городке (арена вмещает 38 тысяч и заполняется до отказа), по меркам «ПСЖ» живет крайне скромно, при этом стабильно навязывает ему борьбу. Мы уже отмечали достижения клуба в этом сезоне, но кратко напомним.
В этом сезоне «Ланс» повторил лучший результат в XXI веке — финишировали вторыми в Лиге 1, немного не дотянув до чемпионства. То же самое было в сезоне-2022/23 — и тогда, и сейчас отстали от «ПСЖ» всего на один балл.
Зимой клуб даже лидировал на протяжении почти двух месяцев, но ближе к февралю пропустили «ПСЖ» вперед. Причем у команды Пьера Сажа был шанс вырвать золото на самом финише, но всего три победы в последних семи турах и поражение в очном матче с парижанами отняли эту возможность. Отрыв «ПСЖ» в итоге составил шесть очков.
Но без трофеев «Ланс» не остался — 22 мая уверенно обыграл «Ниццу» (3:1) в финале Кубка Франции и впервые в истории победил в турнире. На пути к финалу команда Пьера Сажа испытала проблемы только против «Лиона» — его прошла в серии пенальти. Фантастический сезон в год 120-летия клуба. Теперь «Ланс» зарубится за Суперкубок — там его будет ждать «ПСЖ» Сафонова.
Клуб поднял армянский бизнесмен: оппозиционер, сколотил капитал на хитрых инвестициях.
На протяжении десятилетий главный донор «Ланса» — бренд продуктовых магазинов «Ашан»: тот самый, который остался в России даже после всех санкций. Боссы французского холдинга (там же — «Декатлон», «Леруа-Мерлен» и много чего еще) Жерве Мартель и Кристиан Лагранд (при них еще в 80-х «Ашан» зашел в клуб) родились в семьях шахтеров, поэтому неравнодушны к «Лансу». Цвета клуба — красный и золотой — как ни странно, подчеркивают именно шахтерский бэкграунд: кровь и богатство от угольных руд.
После Жерве Мартеля боссом клуба стал азербайджанский бизнесмен Хафиз Мамедов. Француз формально оставался в структуре клуба, но ⅔ он все же отдал: писали, что экс-менеджер «Ашана» по уши в долгах. Впрочем, проблемы с деньгами быстро начались и у Мамедова: сначала с футболок пропал «Azerbaijan — Land of fire», а позже и сам Мамедов.
В 2017 году клуб взял в руки армянский бизнесмен Жозеф Угурлян. Родители будущего президента «Ланса» родились в Ливане, где оказались из-за событий геноцида, однако к рождению сына успели перебраться во Францию. Бизнес Жозеф построил на инвестициях: в 2005 году запустил Amber Capital — фонд, который специализировался на так называемом activist investing.
Схема простая: фонд заходил в недооцененные или плохо управляемые компании, покупал долю, давил на менеджмент, требовал перестройки стратегии, продажи активов или смены руководства. Через это он заходил в крупные корпорации Европы — от медиа до промышленности — и зарабатывал на росте стоимости после реструктуризаций.
В проблемный «Ланс» Жозеф привел архитекторов будущего топ-клуба: тренера Франка Эза, гендира Арно Пуя и спортдира Флорана Гизольфи. С ними клуб забрался на второе место, через эту триаду в разное время прошли:
- Секо Фофана (уходил в «Аль-Наср» к Кришу, сейчас в аренде в «Порту»);
- Лоис Опенда («РБ Лейпциг», арендован «Ювентусом»);
- Абдукодир Хусанов («Манчестер Сити»);
- Кевин Данс («Тоттенхэм»);
- Кристофер Ву (да-да, из «Спартака»).
Однако после сезона-2023/24 и выхода в Лигу чемпионов Угурлян начал менять руководство «Ланса». L«Équipe писал, что владелец начал “революцию”, потому что разошелся в “стратегическом развитии клуба” с прежними менеджерами — сначала ушел Пуй, за ним Эз и Гизольфи.
Официальное заявление клуба после ухода Арно Пуя тоже фактически подтверждает внутренний конфликт. В коммюнике фигурировала формулировка «divergences de vision stratégique» — «расхождения в стратегическом видении».
Фанаты переживали, что после ухода триумфаторов клуб повалится, но Угурлян все рассчитал: в 2025 году главным тренером назначил Пьера Сажа, и при нем «Ланс» снова выстрелил. Зацепили второе место в Лиге 1, вышли в Лигу чемпионов и впервые выиграли национальный кубок.
Впрочем, несмотря на результаты «Ланса», у Угурляна немало вопросов к устройству французского футбола. Например, в этом сезоне резко раскритиковал президента лиги Венсана Лябрюна после того, как тот провалил новый ТВ-контракт. В позапрошлом сезоне лига подписала соглашение со стримингом DAZN примерно на €400 млн в год. Однако платформа не смогла набрать необходимое количество зрителей, из-за чего спорила с лигой по выплатам, удерживала транши и в итоге разорвала контракт после одного сезона.
Финансовый регулятор французского футбола даже рекомендовал клубам вообще не закладывать ТВ-доходы в бюджеты следующего сезона. Угурляна такие расклады не устраивали: Жозеф начал публичную войну против руководства лиги и Венсана Лябрюна: обвинил их в том, что они «разрушают экономику средних клубов». За это бизнесмен в кулуарах получил респекты от многих других клубов, живущих в эконом-режиме (например, «Марселя»), но в паблике остался без поддержки.
Впрочем, денег у Угурляна — более чем достаточно. Жозеф финансирует крупнейшее армянское НКО «Армянский всеобщий благотворительный союз». Через него бизнесмен поддерживает образовательные центры, помогает армянам Ливана и Сирии, вкладывается в гуманитарные и молодежные программы армянской диаспоры.
Кроме того, помимо «Ланса», у Угурляна есть контрольный пакет колумбийского клуба «Мильонариос», одного из самых титулованных клубов страны. Еще в портфеле бизнесмена — 5% испанской «Сарагосы».
Марсель Арзуманян
