Сборная России в кризисе. Карпину пора менять подход

Валерий Карпин и его сборная России прямо сейчас находятся в кризисе. И дело не столько в результатах, сколько в том, что болельщики видят на поле. «Нудятина», «тягомотина» — так характеризуется происходящее.

Провал в матчах с Чили и Перу на излете 2025-го объяснялся неудачным совмещением Валерия Георгиевича в сборной и «Динамо». Дескать, наложился негативный эмоциональный фон и испортившиеся отношения с динамовцами, которых в сборной уже классически много. Но вот совмещение кончилось, а игра сборной не улучшилась.

Интересно, в чем дело? Есть ощущение — в первую очередь в публичном ироничном и не самом серьезном подходе Карпина к подготовке команды. Отличная иллюстрация — комментарий перед матчем с Никарагуа: «По поводу силы завтрашнего соперника не так много информации. Есть встречи, в которых отдельных игроков можно как-то оценить. Но у их главного тренера будет первый матч у руля сборной, поэтому абсолютно непредсказуемо, как будут выглядеть схема и состав. Мы смотрели, как играют команды этого тренера, но не факт, что завтра будет так же. Решили не забивать этим голову футболистам».

В итоге у футболистов не было представления о Никарагуа, «решили голову этим не забивать». А после окончания встречи Валентин Пальцев отметил, что сборная России оказалась в шоке от игры соперника в первом тайме. Не представляю, чтобы такое было возможным в официальном цикле или даже при мало-мальски ответственном подходе к товарищеским встречам. А если бы такое случилось, никто бы в этом не признался: ни в тренерском штабе сборной, ни среди футболистов.

Похоже, главный тренер сборной несколько переигрывает с ироничным подходом. Его спрашивали о лабубу, изображениях на банкнотах. Мнение главного тренера сборной России запрошено по всем бытовым вопросам, которые преследуют обычного россиянина. Разве что о новом спектакле с Елизаветой Виноградовой в главной роли не интересовались, но все еще впереди.

Понятно, что дело тут не только в Карпине, но и в общественной позиции на тему сборной России. Мол, играют «не пойми для кого», «игрушечные матчи», «потемкинский футбол». Возможно, за четыре года некоторые футболисты в подобном мнении тоже укоренились. Методичная пропаганда ненужности сборной России в нынешнем формате закралась в подкорку, возможно, и самого Карпина.

Хотя Валерий Георгиевич на пресс-конференции после Никарагуа сказал очень справедливую штуку: «Почему-то все время забываете об этом: когда у нас были отборочные турниры, сколько соперников высокого уровня было у нас в группе? Как правило, один — например, Хорватия. Мы сейчас тоже играем с командами похожего уровня — Сербия, Нигерия, Камерун, Чили. Раньше в отборе были Словения, Словакия, Мальта, Кипр — сборные, которые уровнем похожи на Никарагуа и другие не самые сильные команды. И таких соперников предостаточно в отборах на чемпионат мира или Евро».

Давайте помножим это на то, что такие встречи — единственная возможность для футболистов РПЛ выйти за орбиту национального чемпионата. Можно сколько угодно говорить, что матч с Никарагуа не значим, но это схватка с другой футбольной культурой, другим стилем, который бесценен с точки зрения опыта. Совершенно не понимаю, почему многие считают, что это неважно. А что тогда важно?

Именно этот робкий выход за российский контур становится практически уникальным. Да и зрители на национальную команду идут охотно. Ведь так уж получилось, что сборная России все еще согласуется с триумфом ЧМ-2018. И люди все еще хотят на нее смотреть, особенно в регионах.

Поэтому максимально хочется, чтобы тренерский штаб сборной России и сами футболисты это четко понимали. Международные матчи нужны им в профессиональном плане, а зрителям — в плане зрелища. Возможно, вы скажете, это все фантазии, но для меня такое сочетание — идеальная мотивация.

А когда мы читаем слова Карпина после встречи со сборной Мали, что «игра понравилась», то остаемся в недоумении. Как будто бы Валерий Георгиевич говорит об альтернативной вселенной, в которой наши разгромили малийцев, приехавших без восьмерых лидеров, со счетом 5:0. Но этого ведь не было, и сборная сыграла плохо. Возникает чувство, что Валерий Георгиевич как-то очень небрежно отмахивается от вопросов. Мол, идите вы все лесом, я сам знаю, что матч никакой важности не имеет. И игроки знают.

Именно такое чувство. Ну разве нет?

А я еще раз повторюсь, что для Карпина и футболистов мотивации здесь должно быть вагон. Но Валерий Георгиевич как будто устал ее искать. Как будто просто опустошен.

Тем не менее сборная России, как ни крути, сейчас на год ближе к возвращению на мировую арену, чем была, например, в начале 2025-го. И если каких-то философских факторов не хватает, то вот вполне конкретный.

Президент РФС Александр Дюков, во всяком случае, прямо говорит, что в 2026 году мы должны вернуться в международный футбол.

Но в таком виде сборной России лучше никуда не возвращаться. Надеюсь, Карпин это понимает и постарается что-то исправить. В первую очередь — подход, который слишком поверхностный.

* Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.