«На юбилее Симоняна, когда ему 70 или 75 лет было, в Ереване […] ни с того ни с сего Бессонов […] задает вопрос: “Вот скажите мне, кто самый настоящий профессионал среди нас?”.
Все смотрят друг на друга и думают, кто ж среди них профессионал. А там Блохин сидит — ну все уважаемые, великие. Кого-то стали вспоминать, и Бессон говорит: «Да что вы мне несете, самый настоящий профессионал — это Буба. Мы по сравнению с ним… Какой мы образ жизни вели — какие мы, в жопу, профессионалы? Вот ты профессионал настоящий, а мы — любители».
Потому что так себя профессионалы настоящие не ведут. Хотя профессионалы западные, звезды — ну, по-настоящему себя Роналду, Месси ведут, но как Неймар ведет себя… Я не знаю, как Мбаппе себя ведет, наверное, тоже так. А есть такие профессионалы, что ого-го! Тот же профессионал Марадона до чего дошел.
Здесь отношение разное, подход разный. Просто все зависит от человека.
Я в первую очередь думал о своем здоровье, потому что я знал, что если вот так вот «керосинить»…
Я, кстати, никакой допинг не принимал, наотрез отказывался. Хотя предлагали — и даже в «Спартаке».
Потом — общественное мнение. Потому что это делалось все на глазах. В ресторанах там. Это все покрывалось, но люди знали, понимаешь, и болельщики знали. Все это расходилось. Жены все тоже знали, что творили.
Я этого не хотел. Потом — я воспитан по-другому был. Мне бы стыдно перед родителями было. Мне бы стыдно перед своей женой было. Поэтому я себя вел [нормально]", — сказал бывший защитник сборной СССР.
