«Альварес? Это кто? А-а-а-а! Мы его Джалалом называем!»
Ислам Махачев с командой уже выдвинулся в Филадельфию, где пройдет UFC 330. Последний же месяц они провели в Нью-Джерси. Бойцы жили в большом доме, который Махачев снял сам, на свои средства. У океана, с собственным причалом, с бассейном. Тренироваться же парни ездили в зал экс-бойца UFC Ника Катоне — уже третий год подряд (в 24-м Махачев бился в Ньюарке, а в 25-м — в Нью-Йорке).
Сложно сказать, сколько именно человек жили конкретно в этом доме за последний месяц, но не меньше десятка.
Если брать только бойцов и тренеров, то с Кавказа в Америку прилетели:
— Хабиб Нурмагомедов,
— Ислам Махачев,
— Усман Нурмагомедов (провел бой в PFL, уже улетел домой),
— Умар Нурмагомедов (уже улетел в Китай, где подерется в конце августа),
— Амру Магомедов (провел бой в PFL, уже улетел домой),
— Хабиб Набиев (его бой в PFL сорвался, уже улетел домой),
— Абубакар Нурмагомедов,
— Шамиль Шихшабеков,
— Мурад Мачаев (тренер и диетолог),
— Магомед «Тигр» Магомедов (готовится к бою в PFL),
— Сайгид Изагахмаев,
— Мухаммед Берхамов,
— Мовлид Хайбулаев,
— Гаджи Рабаданов (готовится к бою в PFL),
— Маккашарип Зайнуков (готовится к бою в PFL).
В Америке к ним присоединились тренер Хавьер Мендес, менеджеры Али Абдель-Азиз и Ризван Магомедов, молодой боец и блогер Магди Амачов («Меня все знают как Магди Вегас!»). Постоянно гостят в доме бразильский экс-боец UFC Жозе Мария Томе по прозвищу Без Шансов (Махачев отвесил ему несколько крепких щелбанов — играли на «цу-е-фа») и разные друзья команды, плохо известные широкой публике.
Также вместе со всеми живет испанский боец UFC Хоэль Альварес. Альварес тоже выступит на UFC 330 (против Чиди Нжоукани), а в лагерь к Махачеву его пригласили, так как он такой же высокий, как Иэн Гэрри.
«Как у вас там Хоэль Альварес обжился?» — спрашиваем Магди Амачова.
«Кто-кто? А-а-а! Мы его Джалал называем! Джалал. Наш человек. Мы с ним общаемся аккуратно, у него испанскому учимся, он с нами двигается».
«Альварес — ударник, высокий, длинные рычаги, — отмечает Мурад Мачаев. — Так обычно же и бывает, что ты подбираешь себе спарринг-партнера под антропометрию соперника. Но стиль Гэрри тяжело идеально копировать. Спарринги фулл-контакт у нас три раза в неделю, жесткие. Но внутрянку, эти моменты более подробно не буду раскрывать. Сегодня как раз был день спарринга. Заходили в клетку сначала Маккашарип Зайнуков и Гаджи Рабаданов, отработали три раунда, потом зашли Умар Нурмагомедов и Тигр, потом — Ислам и Хоэль Альварес, на три раунда, после чего Альвареса сменил другой иностранец, я его не знаю, но тоже высокий ударник. Само собой разумеется, что видео спаррингов выкладывать нельзя. Так как ты свою работу в зале показываешь».
Помимо Альвареса, Махачев в этом лагере спаррингует/борется с Шихшабековым, Берхамовым, Абубакаром Нурмагомедовым и еще двумя иностранцами, имена которых нам никто не назвал — просто потому что не помнят. «В целом все то же самое, что и перед боем с Маддаленой, — говорит Мурад Мачаев. — Тоже тяжелые тренировки, тоже соперник ударник, тоже надо ловить и переводить».
Любимое слово Хабиба: «Ра-а-аботай!»
Руководит лагерем Хабиб Нурмагомедов. В 2023-м Хабиб тренерство оставил, никого не секундировал, но спустя полтора года вернулся к этому делу, ММА, бои, маты, спортзал — то место, где он чувствует себя максимально комфортно.
«Когда Хабиб на сборе, насколько строже тренировки?» — интересуемся у Шамиля Шихшабекова.
«Насколько можете себе представить — настолько и строже. На все 100… даже на все 200 выкладываемся. После тренировки Хабиба — зал как каток, весь мокрый».
«Нам после тренировки дают… по-английски это называется come down, типа прийти в себя, — рассказывает Магди Амачов. — Такая легкая пробежка. И даже на этой пробежке можно поскользнуться. Разогнался — и проскользил как по катку — такие ощущения. Он может спарринги дать, минимум три минуты, а потом еще дополнительная работа. Так что очень мокро на матах бывает».
«Адулманап говорил: “Добавили! Добавили! Добавили!” А у Хабиба есть что-то такое?» — спрашиваем у Амачова.
«У Хабиба есть: “Ра-а-аботай!” (произносит с аварским акцентом). “Добавили, добавили” тоже использует. Но в основном “Ра-а-аботай!” — именно с такой интонацией».
«Хабиб только со свистком ходит или сам с бойцами тренируется?».
«Он участвует в тренировках. Хабиб тут гоняет людей. Может взять человека, сказать: “Гаджи Рабаданов, сейчас ты со мной! Шара, а ты следующим будешь нападать”. Тут был Хабиб Набиев, и он с ним в основном боролся, его готовил. Сайгид, Маня Абубакар… Он со всеми работает».
«А с Исламом он боролся?».
«Не помню, честно сказать. Может, один раз было… Но не помню».
«Али Абдель-Азиз сказал, что Умар Нурмагомедов троих спарринг-партнеров нокаутировал…».
«Ну “нокаутировал” — как “нокаутировал”… Просто чуть пропустили ребята. Лечатся, выздоравливают, некоторые уже заходят с ним в спарринг, помогают. Двое были иностранцы, один из команды. Это были удары руками. Умар очень хорошо набрал. Если он спаррингует три раунда, а потом кто-то на два раунда зайдет — допустим, я, — чувствуется, будто мы оба свежие, хотя у него до меня были три сложных раунда. В функциональном плане он очень хорошо набрал».
«Когда Ислам перестает качаться, у него спускается вес»
Своего повара, ответственного за готовку, в доме нет — еду бойцам привозят.
«Я отвечаю за сгонку веса, и ребята позвали помочь с этим моментом, — говорит Мурад Мачаев. — Чем дисциплинированнее ты к этому подходишь, тем проще согнать вес. Мы живем в одном доме, с кем-то договорились, и нам сюда каждый привозят еду. Чистая еда для спортсменов — мясо, рыба, гарниры, овощи».
Из биодобавок Махачев употребляет креатин, протеин.
«Проверяете ли протеиновые добавки в лабораториях? — спрашиваем Мачаева. — А то недавно была новость, что в тестобустере обнаружили запрещенный препарат».
«У UFC контракт с БАДами Tрornе. Есть такая фирма. Она прошла сертификацию USADA. И UFC выделяет бойцам именно эти БАДы, все бойцы на них сидят, это от организации».
Бой с Альваресом будет для Махачева вторым в полусреднем весе. Любопытно: по словам Мачаева, когда Махачев не работает с отягощениями, вес у него начинает падать. Поэтому приходится постоянно качаться.
«Когда Ислам перестает качаться, у него спускается вес, — говорит тренер. — Ему на самом деле чуть тяжело набрать вес. Он упорно качается, набирает 2−3 килограмма, а как перестает — вес спускается. Ему приходится постоянно в зале работать [с железом], чтобы набирать вес».
«Когда Ислам хватает тебя за кисть — это чувствуется, когда кто-то другой — хват не тот, — отмечает Магди Амачов. — Ислам показывал упражнение, которое он часто делает с гирей. Тот вес, с которым он его делал, и тот вес, с которым я делал, — они отличаются. Гирю 50−55 фунтов он может взять за рукоять и перевернуть и в одну, и в другую сторону. Я в первый раз увидел это упражнение, мне сложно было его сделать с таким весом, как у него, я взял вес меньше — и более-менее получилось».
«А споры у вас бывали какие-нибудь?».
«В Вегасе у нас было так: Ислам сказал — на эту стену залезешь, удержишься, я тебе тысячу долларов дам. Или переплывешь оттуда сюда, с ноги балл возьмешь — приз будет. Я на стену в Вегасе залез, Ислам со мной рассчитался (улыбается)».
«Как-то крабов поймали — и они с нами драться начали!»
Ислам Махачев убежден: в период подготовки нельзя зацикливаться на тренировках, нужно иногда отвлекаться, отдыхать. В Нью-Джерси главное развлечение для дагестанской команды и для Махачева в особенности — рыбалка.
«Мы на лодке выплывали прямо отсюда, с нашего причала, — рассказывает Магди Амачов. — Поймали таких плоских рыб… Лещ… Лещей, получается, поймали! (Смеется). Не помню, как эта рыба называется. Самую большую поймал Али [Абдель-Азиз]. А Ислам один куда-то ездил — ската поймал. Недавно же ребята акулу маленькую поймали».
«А что дальше? Съели?».
«Да нет, конечно: куда там. Когда на лодке плавали, этих плоских рыб ловили, они их измеряли. Правило такое — если они меньше нужного диаметра, их лучше отпускать. Мы старались отпускать. Крабов тоже. Как-то крабов поймали — и они с нами драться начали!».
Амачов, Мурад Мачаев, Сайгид Изагахмаев и Шамиль Шихшабеков на днях чуть не попали в Нью-Джерси в ДТП. «Тут в Нью-Джерси такой климат, что может дождь быть, потом солнце, потом снова тучи, — говорит Шихшабеков. — Мы ехали из аутлета, начался дождь, и мы попали в аквапланирование. Нас стало заносить то в одну сторону, то в другую. Секунд пять нас нормально трясло, метров 100−150. Но, слава Богу, обошлось».
«Гэрри никогда в жизни Ислама не заборет, он не знает, как это делать — проход в ноги»
Судя по видео из лагеря, обстановка и в доме команды Махачева, и на тренировках позитивная, раскрепощенная, пусть полы и скользкие от пота. Сам Ислам за шесть дней до боя пошел ловить акулу в океан (под руководством специально обученного человека) — упорно крутил леску, а затем зашел в море и взял рыбину руками. Да, всего-то за шесть дней до боя. Нет никакого невроза, как и ощущения того, что Махачева ждет какой-то особо опасный соперник.
«Я видел, что Гэрри ездил в Грузию вольную борьбу набирать — за два-три месяца до боя. Но ему эти два-три месяца вольной борьбы ничего не дадут, — уверен Магди Амачов. — Не думаю, что он до какого-то уровня может довести свою борьбу. А Ислам этим всю жизнь занимается».
«Если бы уровень его [Гэрри] партера вырос, мы бы увидели это в его боях, — считает Мурад Мачаев. — А он же вообще не борется. Шавкат его перевел, когда он доминировал в борьбе над ним. Он не работает над атакующим грэпплингом, он 100 процентов работает только над защитой. Большинство ударников так работают. У кого хорошая ударка — они над защитным грэпплингом работают, но не над атакующим».
Мухамед Берхамов — тот редкий человек, который спарринговал и с Гэрри, и с Махачевым. И ирландец ему запомнился бойцом, которого очень легко повалить.
«Я много тренировался с ним. Он раньше у нас в зале бывал — в “Килл Клифф”. Потом уехал в другой зал. Я много с ним спарринговал. Типичный длинный ударник. Много бегает, много вторым номером работает. Он будет очень много бегать. Думаю, в начале будет легкая перестрелка, а потом сам поймает свою дистанцию и сможет перевести. Тогда Гэрри боролся очень слабо, думаю, с тех пор он чуть набрал, минимум полтора года прошло. Вижу, он в Бразилии, с джитсерами. А тогда он много проходов пропускал, внизу несильный был. Никогда в жизни он Ислама не заборет, он не знает, как это делать — проход в ноги».
Илья Андреев, Евгений Нарижный
