— ВФЛА подала два иска, оба они в CAS (Спортивный арбитражный суд). На какой сейчас они стадии? Есть у вас понимание, когда каждый из них будет рассмотрен?
— Вообще практика такого рода ведения дел подразумевает конфиденциальность самого процесса. У нас подано два иска. Первый был подан в июле, второй — в августе. Первый касается допуска именно спортсменов, второй касается непосредственно восстановления в правах федерации.
Естественно, мы сфокусированы на первом иске в первую очередь, потому что мы хотим, чтобы спортсмены смогли отобраться на Олимпиаду в 2028 году и выступить. В следующем году будет чемпионат мира в помещении, будет еще ряд стартов. Мы хотим, чтобы они выходили туда, выступали. Что я хочу точно сказать — и это тоже важно, — мы вступили в публичную плоскость дискуссии с главой World Athletics. И буквально неделю назад он дал интервью или комментарий одному СМИ, где сказал, что он лично пойдет в суд доказывать обоснованность этого решения.
Мы знаем, что МОК внес изменения в Олимпийскую хартию в конце июня, которая усиливает фактор политической нейтральности. Здесь это прямо видно, что у него есть что-то персональное. То есть он уже не говорит от лица World Athletics как федерации, он говорит от своего имени, что он лично пойдет защищать в суд, это публичные комментарии. И я считаю, что это просто его личная позиция. То есть это не позиция World Athletics. Мы знаем, мы общаемся с разными спортивными функционерами там. Получается, что это личная какая-то обида, недовольство одного человека, который, по сути, стоит на пути возвращения российских легкоатлетов на мировую арену. И этот фактор, я считаю, суд должен принять во внимание. Потому что если строится вся позиция защиты на фоне одного человека, то это вокруг эмоций, а не вокруг объективных факторов.
А объективно я считаю, что то решение об ограничении участия наших атлетов ничем не обосновано. У нас пока календарь судебного рассмотрения формируется. Я надеюсь, что, конечно, мы в какие-то ближайшие несколько месяцев сможем объявить о прогрессе. Но пока у нас процесс идет.
— Себастьян Коу (президент World Athletics) же уходит в следующем году. То есть он, конечно, может говорить, что это что-то личное, но в следующем году он не будет никакого отношения иметь уже к мировой легкой атлетике.
— Пока это выглядит так, что он делает все, чтобы затянуть принятие решения. Потому что действительно выборы президента World Athletics пройдут в сентябре 2027 года. И сейчас из нашего взаимодействия с ними в рамках наших тяжб складывается впечатление, что они просто делают все, чтобы затянуть этот процесс. Поэтому, с одной стороны, конечно, кампания уже началась и появились новые лица, фигуры. СМИ уже известны имена, есть три человека, которые будут баллотироваться. Мы со всеми в контакте, знакомы, поддерживаем связь. И они выстраивают свою кампанию. С другой стороны, мы вынуждены еще год взаимодействовать с текущим президентом, у которого, как я уже сказал, есть что-то персональное. И вот это персональное, мне кажется, не должно стоять между спортом, спортивными достижениями и нашими российскими атлетами, — сказал Ярышевский.